Силу можно передать только человеку, который способен ее принять. Это как донорство крови.

Можно. Но только тому, кто совпадает по определенным параметрам. Группа, резус, еще куча всего… вот, если взять ведьм – у них четвертая группа, отрицательный резус и еще куча ограничений, которые передаются по наследству.

Был у Ирины в родне кто-то… знающий. Был.

Может, оно и забылось за древностью лет, или вообще не зналось, после революции и не такое забывалось, чтобы жизнь спасти. Но ген ведьмовства, грубо говоря, у Ирины был. Интересно только, от кого из родителей?

Кирилл подумал, что надо бы подбить ведьмочку на составление родословной, и тут же забыл обо всем.

Центральный вход? Вот еще! Есть куча запасных выходов, которыми должен быть оборудован интернат. Он и оборудован. А камеры…

Камеры стоят везде, но половина из них – муляжи. Кого вы хотите обмануть – оборотня? Не с его слухом и нюхом!

Кирилл легко нашел безопасную зону, выбрал дверь, Миша поколдовал минуту с отмычками – и вперед, по коридору.

Туда, куда ведет знакомый запах (Кирилл успел обнюхать машину директрисы).

А вот и кабинет. На дорогой дубовой двери дорогая же металлическая табличка.

Михаил распахивает дверь, сидящая за столом полная (очень полная) дама оборачивается, но ничего сделать не успевает.

Волк прыгает быстрее, чем человек думает. И пролетевшая более чем стокилограммовая туша волка просто сбила со стула другую тушу, смела под стол и крепко приложила головой о ножку стола.

Жива… таких не убьешь, они крепко за землю держатся. Можно сказать – сроднились с ней, твари ползучие…

Кирилл не собирался признаваться Ирине, но вот эту конкретную тварь он хотел поместить поглубже под землю. У оборотня был свой крохотный пунктик.

Дети – неприкосновенны.

Можешь воевать с кем угодно, с мужчинами – это твое право. Женщины?

Иные из них сто очков вперед дадут мужчинам по хитрости, жестокости, изворотливости… (Да вот хотя бы ЕГО ведьма, тот еще подарочек! Да-да, его!!! Варфффф! И никому не отдаст ее Кирилл, несмотря на все ее закидоны!)

Но дети ни в чем не виноваты. Они для себя еще ничего не решили, и противостоять взрослым подонкам не могут. А потому…

Кирилл знал, что угрызений совести у него не будет. Сначала – информация.

Почему бы не помочь Михаилу? Кирилл знал, что такие дома, как у него, могут требовать жертв… так почему бы – нет? Эта стерва более чем заслужила подобную участь.

– Придется тебе ее нести, – Михаил развел руками. – Я не утащу.

Да уж, отожралась бедненькая, не иначе – с голоду опухла…

Он послушно подставил спину и едва не ухнул от тяжести. Ноги разъезжались, ну да ладно. Обычного волка раздавило бы, а оборотни покрепче будут. С ними так легко не справиться.

Время тянулось, словно его из каучука сделали.