И пусть в морду я не попал, ведь для этого пришлось бы прыгать, а мне лень, но рёбра ей сломал. Отчётливый хруст это только подтвердил.

Печать Усиления не подвела, и обезьяну сдуло в сторону джунглей. Врезавшись в дерево, она повалила его своей тушей, заревев с утроенной силой.

Её ор стал сигналом и из джунглей раздалось множество похожих, а затем из-за кустов начали вылазить другие макаки. Много, очень много макак.

— Ох, нихера ж себе…

Теперь понятно, почему в приписке к этому разлому один Охотник оставил комментарий: Долбанные обезьяны! Ненавижу обезьян!

И, кажется, я понял.

Что это был не гневный комментарий, а наполненный болью и страданиями. Ведь, как иначе объяснить толпу макак, что взирали на меня с любовь и кричал лишь одно слово:

— Да твоё-твоё, — криво ухмыльнулся я, похлопав по черепушке макаки, на теле которой сейчас сидел и переводил дух.

Не сказать, что эта заруба была эпичной, но побегать пришлось. Кувалда пришла в негодность, и после пятой макаки сломалась, что вызвало у меня праведное недоумение. Нет, я знал, что долго она не продержится, но чтобы так быстро? Или это я так сильно бил? Хм…

Повсюду валялись тела мёртвых макак.

Твари пёрли на пролом без какой-либо тактики и просто давили массой. Как меня, так и друг друга. И если со мной такой финт как бы не прокатил, то попавшим под раздачу, что упали на землю и угодили под лапы товарищей, не так сильно повезло.

Радовало, что Океан Душ пополнился. Шестьдесят девять обезьян. Ещё одна только что испустила дух и их стало ровно семь десятков. Малова-то, но на первое время сойдёт.

Поднявшись с трупа макаки, я снял слой Гибкого Барьера и вся кровь с потрохами упала на землю. Хорошо, когда есть Барьеры. Приятное дополнение моей силы. Ох, сколько же зависти было у братьев, когда я такое проделывал у них на глазах. Они все измазанные и перепачканные, а я чистый и вкусно пахну.

— Хм, а ведь, помнится, Старый Мак меня называл: Райнер Чистоплюй, — хохотнул я, двинувшись в джунгли на поиск кристалла.

Пробираться через непроходимые лианы могло стать той ещё задачей.

Без хорошего мачете и нужной снаряги я бы ползал тут уйму времени, а раз ни того, ни другого, у меня нет, то буду действовать, что называется: По стандартному. Классика от Райнера.

Барьер изменился и моей волей перетёк в короткий одноручный клинок. Пусть в обычном состоянии Барьер и был бесцветным, но сейчас он окрасился золотистым оттенком. Жаль, что таким образом нельзя создать молот.

— Не кочегары мы не плотники, — рубил я лианы и листву, пробираясь через растительность.