Остались только старики, да те, кто всю жизнь работал в поле или на лесопилке.

Кстати да, помимо полезных ископаемых, на территории новых земель были и поля. Пшеница, подсолнухи, арбузы с дынями и прочие культуры. Этот Михеев был полным дураком, что не увидел таких возможностей. Но его ошибка — возможность для одного Охотника, закинутого в этот мир.

— Беспокоишься, что с новым господином ваш уклад жизни поменяется. Дай угадаю, — хмыкнул я. — На вашем совете вы пришли к двум вариантам развития событий: Первый — Род Беловых окажется достойными и всё у вас будет в ажуре.

А второй — мы будем хуже, чем Михеев и сгноим вас налогами. Так?

— В общих чертах, — смахнул он пот со лба, нервничая.

— Не переживайте, Иннокентий Викторович, — успокоил я старика. — Всё у вас будет нормально. Значит, сделаем так, — закрыл я папку и постучал по ней пальцем. — Собирайте ваш совет вновь и приезжайте сюда. Пока моего деда нет, я хочу лично познакомится с каждым из вас. Послушать мысли, мнения, слухи.

— К-конечно, Дмитрий Борисович! — зачастил мужик. — Всё сделаю! Всех оповещу!

— Это хорошо, — кивнул я.

 — Далее… Мне нужны отчёты за недостающие два года. Этот вопрос ложится конкретно на ваши плечи, Иннокентий Викторович, а значит и спрашивать буду с вас. Пусть старосты деревень предоставят перепись населения, частичную или полную информацию о своих семьях. Кто где работал, служил и так далее. Следом мне нужны рабочие списки тех, кто трудится на полях и предприятиях других родов. Не нужно вздыхать, Иннокентий Викторович, вы не о том подумали. Я не собираюсь их отчитывать или наказывать. Своих людей нужно приобщать к общему делу, двигаться в едином темпе и порыве. Или я не прав?

— Вы правы, — позволил он себе слабую улыбку. — Но нам нечем сеять, а скоро осень… Да и в посёлке Рыбачье уже несколько десятков лет лесопилка стоит без дела. Оборудование там либо погнило, либо его вывезли.

— Этот вопрос я как-нибудь решу, — достал я блокнот и дописал часть задач. Старая привычка ещё из прошлой жизни. Пусть память у Охотников идеальная, но лишнее подспорье никогда не повредит. — Вы главное исполняйте мои распоряжения в точности, и проблем не будет. Вы ведь хотите изменить свою жизнь, а также жизни семей остальных деревень?

— Конечно! — дал он чёткий ответ, не думав ни секунды.

 — Я родился здесь, Дмитрий Борисович! Завёл семью, женился, и произвёл на свет двух детишек, а затем нянчил внуков! Это мой дом, и я дорожу им!

— Хорошее рвение, и мысли, — улыбнулся я. — Тогда вы должны понять ещё один момент. Сейчас мы с вами друг другу чужие люди. Я не верю вам, а вы не верите мне, — он вскинулся, но я поднял руку и не дал ему заговорить: — Это так, Иннокентий Викторович.