Это сколько же лет я не трахался в подъезде?

А в машине? А на природе?

Прямо экстрим с ней, с мелкой стервочкой.

Поворачивается. Толстовка на груди разъехалась по молнии до самой застежки. Голая нежная кожа, в блестках идиотских.

Так. Глаза приходится отводить через силу. Но надо прояснить с остальным. Прикинуть.

Что там у меня было? Третье?

Четвертое, значит. По всем вопросам с Носорогом — прямо в Сухому. Это вот вообще чего-то редкое. Очень его босс выделяет. И надо бы подумать, почему. Поразмышлять…

Пятое. Не похвала мне насчет понятливости. Упрек. Да, Сухой мне прокол с аварией и вообще с этой тупой ситуацией с практически срывом проекта, долго будет вспоминать.

Очень долго. Хоть и нет моей вины, а все равно есть. Пока был в регионе, проморгал их внутреннюю кухню, дурак. Лажанулся. Не спрогнозировал. А это нереальный прокол. Но, пока что я в строю. Ну, может, части бабла лишит меня старый хрен. Но это терпимо. Это переживем. Наука мне. Опыт.

Тонкие пальчики скользят по голой коже. Смотрю. Другая рука закрывает лицо, зарывается в волосы, отбрасывая их назад. Мешают. Смотрю. Спинка чуть выгибается. Практически незаметно.

А жопка уже задорненько из-под юбки выглядывает. Ведьмочка проснулась.

И теперь играет. Совсем недавно мне армагеддон устроила, а тут прям кошечка хитренькая. Помру я на этой бабе. Коньки отброшу с ее вывертами дикими. Сменами настроения.

Понимаю, все понимаю. Но глаз оторвать не могу.

Голая ножка изгибается, коленка подтягивается вверх. Тихий стон. Нежный такой, сонный. Сладкий.

И все. Меня подбрасывает вверх, тянет к ней. Похер на все логические выкладки, на то, что мне, вообще-то, надо бы продумать схему дальнейших действий. Похер.

Я падаю на кровать, разом накрывая тонкое тело.

Разворачиваю к себе. Убираю волосы с лица. Она играет, не открывает глаз. И ножки пытается вытянуть, сомкнуть. Но я решительно, сука, протестую. Легко устраиваюсь между тонких гладких бедер, трогаю пальцами нежную кожу. Щеки, скулы, подбородок. Губы. Красивая, сладкая девочка.

Ну давай. Хватит играть уже. Открывай глаза.

Голос мой низкий, больше похожий на сип, на последних звуках хрипит. Блин, услышал бы где-нибудь в темном месте, точно решил бы, что зомбак по мою душу идет. Но сейчас я такой и есть. Чертов зомби, которого тянет к нежной плоти.

Так тянет, что сглатываю голодную слюну.

Открывай глаза, малех. Сожру ведь сейчас.

И она, словно услышав мою мольбу, распахивает ресницы. И я охереваю в который раз уже. У нее, оказывается, зеленые глаза. Я думал, серые. Но нет, зеленые. Причем, зелень болотная, как топкая трясина. И вообще, опять у меня с ней такие сравнения. Ну, а куда деваться. Если смотрю, и утягивает. Все, удачливый, все. Не туда твоя удача тебя привела…

Она хочет что-то сказать. Наверняка, что-нибудь дерзкое, как обычно.