А лавку? Купец все мерил по себе, а Андрею вовсе не хотелось заниматься торговлей – к этому надо призвание иметь. Сроду он торгашом не был, хотя давний знакомый как-то предлагал ему быть продавцом на его строительном складе, но не лежало сердце. Так ведь дом имея, можно оглядеться, присмотреться, чем заняться.

– Спасибо, Пантелей, за совет. Подскажи, как удобнее в Переяславль добраться.

– Проще простого. Я товар с судна выгружу и дня через три мимо Переяславля пойду. Могу тебя взять. Ежели с харчами, в два медяка обойдется.

Андрей решительно поднялся:

– Заметано! Я иду с тобой!

– Твое дело, место есть. Но удобств никаких, на палубе спать будешь.

Андрей ушел к себе, отоспался.

А утром зазвонили колокола на звоннице. Он подхватился, по старой армейской привычке оделся за тридцать секунд, рассовал пистолеты по карманам, забросил за спину ружье и выскочил из комнаты. Стремглав слетел по лестнице.

– Ты чего всполошился? – встретил его часовой.

– Колокола звонят, татары!

– Успокойся, это к заутрене. Сегодня будут павших в сече хоронить.

У Андрея отлегло от сердца. Он вернулся к себе, оставил все оружие и пошел в церковь. Он православный, и молитву пропускать негоже. Люди вместе с ним стену городскую обороняли, погибли, надо почтить память.

В полдень состоялось отпевание, потом похороны.

Погибли восемь человек, все мужики. Гробы с телами поставили на подводы и вывезли за тын, на кладбище. Андрей, как и все, бросил землю – по три пригоршни – на крышки гробов. Селяне зарыли могилы. Сразу на кладбище прибавился ряд свежих могил. Заплакали бабы и дети.

Андрей пришел на постоялый двор, достал из кармана монеты и высыпал медяки перед хозяином:

– Выкати на площадь пива на все деньги.

– У меня столько пива нет, – изумился тот.

– Добавь закуской. На поминках народ выпить и поесть должен, вспомнить усопших.

Половой вместе с еще одним парнем вынесли из трактира на площадь пиво и почти всю еду.

– Андрей, гость и постоялец наш, угощение выставляет! – объявил половой.

Пили и гуляли до вечера.

На следующий день к Андрею пришел Терентий, десятник. Сначала попенял Андрею за то, что он выставил угощения на поминках больше, чем боярин.

– Вместе воевали, можно сказать – побратимы, – оправдывался Андрей.

– Ладно, дело вчерашнее. Ты скажи, останешься ли в Нащекине. Меня боярин с утра подбивал идти узнать.

– Прости, Терентий, не останусь. Хорошее ваше село, понравилось оно мне. Но хочу себя испытать, в Переяславль подамся.

– Твоя воля. Не понравится – возвращайся, завсегда примем. – Терентий вздохнул. Понятное дело, где в глуши найдешь воина? – Так и передать боярину? – спросил он от двери.

На следующий день в дверь постучал половой.

– Тебя Пантелей на причал просит. С вещами.

– Все вещи на мне.