Больше всего Оля ненавидела именно эти моменты, когда подруги расходились с кавалерами и она оставалась одна, потягивая какой-нибудь сок под грохот музыки, стараясь пить как можно медленнее, поскольку наличие в руках стакана с напитком придавало ей уверенности. Стоять с пустой емкостью или просто сидеть, пялясь на веселящуюся публику, было глупо. Она чувствовала себя пальмой в тундре или козой в Эрмитаже. Хотелось, не привлекая лишнего внимания, немедленно вернуться в привычную среду обитания, а именно, домой к телевизору.

Оля начала озираться: перед отступлением следовало убедиться, что ее принц в помещении действительно отсутствует.

В темноте, разрезаемой разноцветными вспышками и расплющиваемой грохотом музыки, рассеянный взгляд Олечки ни за что не зацепился. Зато, перекрикивая мощные колонки, рядом ссорилась плохо различимая парочка.

– Подумаешь, один поцелуй! – кипятилась длинноволосая блондинка. – Что в этом такого! Он был дружеским! Даже, я бы сказала, дружеско-деловым! Он мне нужен!!! Понимаешь? Иначе я так и останусь простым администратором, а все кадровые вопросы решает только Кирилл!

– То есть ты его используешь, – желчно изрек собеседник.

– Да, и что такого? Это жизнь. В наши дни основным признаком порядочности стали заплаты на рукавах и троллейбусная карточка вместо кредитки! Можно подумать, что тебя воспитывали в институте благородных девиц! Если ты такой правильный, чего меня в постель затащил? Надо было сначала жениться!

– О, тут мне повезло – не успел!

– Да, именно так. Если ты можешь использовать своего Кирилла, то, значит, и на меня у тебя какие-то рациональные планы. Ой, вот только не надо изображать святую невинность! У тебя замечательная хватка и сугубо деловой подход к мужчинам.

Далеко пойдешь!

– Что значит «далеко пойдешь»? Ты меня посылаешь?

– Ни в коем случае. Мне воспитание не позволяет.

– У тебя дубовая мужская логика. Считаешь себя очень умным? А зря! Я всего лишь хочу продвинуться по службе, и это был обычный флирт…

– Если это был обычный флирт, то представляю, как вы там работаете! – хохотнул парень, стряхивая с себя ее руки.

– Ну, Лешенька, перестань. Не дуйся! Я ему нравлюсь, я вообще многим нравлюсь, но целуюсь далеко не со всеми!

– Ага.

Я так и понял. Ты целуешься лишь с нужными людьми. Очень правильная тактика, – кивнул он и оглянулся, скользнув взглядом по Оле. – Знаешь, Ника, ты иди, веселись, вдруг найдешь более лакомый кусочек, чем я. Только не продешеви!

Оля украдкой разглядывала девицу. Та походила на ожившую Мальвину: тонкие черты лица, ниточки бровей, копна упругих светлых кудрей, змеящихся скрученными локонами по плечам. В общем, девушка очень эффектная.