Когда она обессиленно затихла, откинувшись на спинку кресла, Коля тут же взволнованно спросил, выдвинув подбородок в сторону изящной рамочки, в которой красовалась фотография Алеши:

– Так я не понял, это мой сын?

– А что, ощутил прилив отцовских чувств? – ехидно поинтересовалась Маргоша.

– Нет, – машинально, а потому искренне ответил Коля. – Просто на четверых алименты платить – легче повеситься!

– Таня, я очень виновата перед вами. Я не знала, простите… – Рита пылала от стыда за собственную глупость и непредусмотрительность.

– Ну да, какие мы тут все интеллигентные, – прошипела Татьяна, не желавшая быть великодушной.

 – Простите-извините! Да об чем разговор! Конечно, ерунда какая! Подумаешь, дети без отца, а я на четвертом десятке – без мужа! Фигня, не извольте беспокоиться! Главное, что ты поигралась. Сейчас вот раскланяемся и разойдемся по-хорошему, как в лучших домах Лондона и Парижа! Ты вся в шоколаде, а я… Каждой птице – свое гнездо! Ты в гнезде, а я – где? И как мне теперь дальше жить? Извинениями твоими утереться? Как я одна двоих пацанов поднимать буду?

– Я могу помочь материально, – жалко проблеяла Маргоша, понимая, что именно сегодня жизнь переломилась пополам и обломки эти уже ничем не склеить.

– Ты еще морально помоги! – взвыла Татьяна. – Женись на мне и возьми на себя все супружеские долги этого ирода! За что мне все это?

– Я пошел? – испуганно мявкнул Николай, за время Татьяниного монолога незаметно переместившийся поближе к дверям.

– Чтобы я больше никогда в жизни тебя не видела! – в сердцах выкрикнула Маргарита.

– Я тебе пойду, я тебе сейчас так пойду, я тебе ходилки повыдергиваю и знаешь, куда вставлю? – заорала Татьяна, легко выпрыгнув из кресла и цапнув обмякшего мужа за шиворот.

 – Я его пою, кормлю, мамашу его ядовитую терплю, а он мне такие финты закладывает! Ты почему не сказал, что у тебя еще ребенок есть? Ты кого обмануть хотел, выхухоль?

– Я не знал, – виновато задергался в ее руках Коля, привычно уворачиваясь от удара.

– Он не знал! – с жаром подтвердила Маргарита, в срочном порядке прокрутившая в голове свой прочувствованный рассказ, из которого, как ей казалось, все должно было стать предельно ясно.

Чтобы жить спокойно, ей хотелось добиться хотя бы формального примирения супругов, поскольку в дальнейшем звонить и интересоваться их личной жизнью вряд ли получится, а тянуть до конца дней непосильный груз вины страшно.

– А какая разница? На двоих алименты платить да двоих содержать, это кто будет? Я?

– Какие алименты, вы что! Нет у него никакого сына! Это мой ребенок! Он тут ни при чем!

– Конечно! – радостно поддакнул Николай. – Женщина должна предохраняться и думать о последствиях.