Почтарь со своей старухой были конкурентами и магазину, и харчевне, поскольку зимой морозили картошку, квасили ее в чанах, гнали самогон и потом все лето продавали дачникам, которые предпочитали его самопальной водке. Однажды хозяин мочевой точки взял с собой участкового и пришел и Холомницы на разборку, мол, надо ликвидировать самогонщиков как класс. Участковый предусмотрительно остался за воротами, а фермер смело полез через забор, чтоб открыть калитку, заложенную изнутри.

Молчавшие до того момента кавказцы этого и ждали. Работали они аккуратно: один сразу же сшиб бывшего агронома на землю и потащил к себе в будку.

А второй тем временем не давал участковому перелезть через высокую изгородь.

Освободили его на следующий день при помощи пожарной машины и брандспойта.

Почтарь лишь руками разводил:

— Та я ж и не бачив, шо кобелюка в будку таскае! Ийде вин взяв чоловика? На помойке валявся, чи шо?

Впоследствии фермер отомстил конкуренту жестоко: когда Почтари собрались уезжать на Украину, по дешевке купил у них дом с усадьбой, но возвращение на родину не состоялось (было подозрение, не без его участия), и старики хотели выкупить хату назад. Тогда он и отыгрался, заломил такую цену, что до конца жизни не расплатиться. И все-таки Почтари самовольно вернулись под свой кров, но жили под постоянным страхом выселения. Фермер мог бы выкинуть стариков на улицу в любую минуту, но удерживало то обстоятельство, что бывшему оуновцу терять нечего, и в следующий раз не собак спустит — возьмется за оружие и живым не сдастся.

К празднику в магазин был завоз, и Космач купил хорошей колбасы, пельменей, копченую грудинку и оливки, а помня вкусы Вавилы, взял виноград, апельсины, два торта, огромный пакет поджаренного арахиса и несколько плиток шоколада. К спиртному раньше она никогда не прикасалась, но ведь минуло столько лет — на всякий случай прихватил бутылку шампанского.

Продавщица что-то заподозрила.

— Сроду такого и не брал… У Почтарей горилка кончилась?

— А у вас сроду такого и не бывало, — отпарировал. — Мне еще вон тот букет роз!

— Не продается, подарок, — смерила взглядом. — Ты что это раздухарился, Николаич? Гостей ждешь?

— Да кто в такую метель к нам пойдет? Поставлю на стол — самому будет приятно, — соврал не моргнув глазом.

Продавщица враз потеряла интерес, однако проявила участие.

— Ладно, за сто рублей отдам, — вздохнула. — Все равно праздник кончается. Не подарок это. Чурки какие-то ехали, за ужин рассчитались…

В букете было пять бордовых роз с черными прожилками, немножко подмороженных и уставших. Женщины помогли завернуть их в несколько газет, сверху надели пластиковый пакет.

— Довезешь, недалеко!..