Это мой друг, очень уважаемый человек. К сожалению, его уже нет в живых.

— Соболезную, — кивнула она.

— А сейчас, по вашим обычаям, за знакомство! — Он поднял стакан со скотчем, и Кира внимательней рассмотрела бриллиант на пухлом пальце. Он перехватил ее взгляд и пояснил: — Это подарок того самого друга.

— Пожалуй, я знаю, кто из ваших знакомых стал пить водку якобы под моим влиянием.

— Вот как? — снисходительно улыбнулся Флетчер. — Ну, попробуйте угадать. Кто же это?

— Господин Джелани Афолаби. Не так ли?

Собеседник изумился:

— В точку! Как это вам удалось?

— Очень просто.

У вашего бриллианта специфическая дисперсия: в цветовой гамме отражения теплые тона преобладают над холодными — красный и оранжевый над синим и зеленым.

— Однако! Вы, я вижу, знаток алмазов! Наверное, у вас их много?

— Это теоретические познания. Так вот, такое сияние характерно для борсханских алмазов, а все они находились в руках Афолаби, с которым я неоднократно встречалась и который уже покинул этот мир… Так что все совпадает. Убедительно?

— Более чем! Мы с Джелани были довольно близки. Как, впрочем, и с его другом, шейхом Ахмедом бен Касимом.

Увы, его, к сожалению, тоже нет в живых!

— Вот как! — воскликнула Кира. — А что же с ним произошло?

— Разве вы не следите за прессой? Его нашли убитым на своей яхте. Закололи ножом! При очень таинственных обстоятельствах…

— Я этого не знала, — растерянно проговорила она. — Боюсь, в последние дни мне было не до прессы. Как-то так сразу навалилось много дел…

Было шумно, ВИП-гости разбрелись по залу с бокалами в руках. Все оживленно переговаривались, журналисты выхватывали удачные ракурсы — в основном обзорные снимки, иногда — портреты крупным планом.

Надо сказать, что Кира и Флетчер пользовались успехом не меньшим, чем кинозвезды. Их снимали особенно часто. Как они повторяют выпивку, как прогуливаются по залу, как увлеченно беседуют. Роджер расспрашивал Киру о жизни, интересовался, знает ли она тех или иных представителей лондонского истеблишмента, надолго ли прибыла в Лондон. Он умел располагать к себе людей, и разговаривали они уже вполне дружески, как будто давно знают друг друга.

Верхний свет мигнул несколько раз.

— Однако нам пора пройти в зал, — сказал Флетчер и уже по-хозяйски взял ее под руку.

— Пройти в зал не возражаю, — согласилась Кира и очень деликатно освободилась. — Надеюсь, вы не собираетесь гладить мне коленки, когда погасят свет? На это я не согласна!

— Извините! — Роджер подчеркнуто быстро отдернул руку.

Советы Дианы Сорель продолжали работать. «Мужчину надо заставлять чувствовать себя виноватым, — говорила она. — Даже если у тебя и нет определенной цели, это всегда себя оправдывает!»

И они пошли в зал, смотреть очередной фильм бондианы.