— Лот номер три: «Неизвестная красавица», 2017 год, мрамор, скульптор Раджешь Рачапалли…

По залу прошло оживление, два курильщика вернулись на свои места, аукционеры перешептывались. Рачапалли встал, вышел вперед, поклонился аукционерам и зрителям.

— Я с удовольствием ваял эту работу, и мне удалось передать красоту модели, вложив в холодный мрамор ее душу! — Он указал в сторону статуи. — И вы теперь понимаете — почему…

Теперь он указал на Киру. Она зарделась.

— Ведь оригинал «Неизвестной красавицы» всем хорошо известен и постоянно находится в центре интересов всего мира! И это не просто громкие слова: вы все читаете газеты и смотрите новостные каналы, а потому знаете, что это правда!

Зал зааплодировал. Скульптор скромно наклонил голову и сел на место.

— Итак, стартовая цена шестьсот тысяч, — объявил аукционист. — Кто больше?

— Шестьсот пятьдесят! — поднял руку Флетчер, но даже не успел ее опустить, как аукционист озвучил новые предложения:

— Семьсот! — и тут же поправился: — Семьсот пятьдесят!

— Восемьсот! — выкрикнул Флетчер.

— Восемьсот пятьдесят! — раздалось сзади.

— Девятьсот! — послышалось оттуда же.

Это был уже совсем другой торг: конкурентами руководил не холодный расчет, а азарт — и они возбужденными голосами дублировали поднятие рук.

— Девятьсот пятьдесят! — набавил Флетчер и оглянулся: кто наступает ему на пятки?!

— Миллион, — отчетливо сказал олений охотник в клетчатом пиджаке.

— Миллион сто! — а это был спутник Мака. Тот самый Роберт, который «самый хитроумный юрист из финансистов и самый изворотливый финансист из юристов»! Сейчас он решил оторваться от конкурентов и, вдвое превысив шаг повышения, поднял сразу две руки. Да, Мак был прав — это проходимец, на котором действительно пробы ставить негде!

— Вот гады! Обещали не вмешиваться, — пробурчал Флетчер и тут же сам себя поправил: — Впрочем, обещал Мак… А он такой же плут и мошенник!

Страсти накалялись. Еще несколько человек пытались вступить в торг, но сделав одну-две заявки, выходили из игры: слишком круто повышались ставки!

— Миллион двести! Миллион триста! Миллион четыреста! — выкрикивал призрачный Генри, не обращая внимания на нарушение условий: теперь все конкуренты набавляли по сотне, и Флетчер делал то же самое…

Три аукционера торговались азартно и упорно, но Роберт неожиданно вышел из игры, чем удивил Флетчера: хитроумный решала располагал достаточными ресурсами, чтобы до конца добиваться своей цели…

Они остались вдвоем с «клетчатым». Откуда вынырнула эта темная лошадка и в чем состоит ее интерес к лоту номер три, Флетчер не знал, но «олений охотник» явно уставал: внезапно вернулся к шагу повышения в пятьдесят тысяч, а после очередного объявления Роджером своей цены промолчал.