Сняла платье, уверенно откинула одеяло, легла на постель, разметав длинные светлые волосы по подушке, и посмотрела на Геннадия: — Ты не торопишься. Что-нибудь не так?

— Все так.

Присев на стул, он стянул сапоги, поставил их аккуратно рядышком. Гимнастерку с галифе повесил на стул. Получилось излишне неторопливо. Обратил внимание, что Людмила смотрела на него оценивающе, именно так домохозяйки высматривают на базаре продукты — посвежее да посочнее! Уголки губ слегка раздвинулись, будто она хотела произнести: «Не прогадала!»

Откинув все сомнения, Геннадий прилег рядом с ней.

Кожа девушки была прохладной и приятно остужала жар.

— Закрой глаза и лежи смирно, я сама сделаю все, что нужно, — прошептала Людмила.

Он молча повиновался. Почувствовал, что сочные губы ласкают его лицо, шею, грудь, опускаясь все ниже. А потом негромко застонал, ухватив ее голову обеими руками…

…Некоторое время они лежали обессиленные, подмяв усталыми нагими телами смятые простыни, потом Люся, будто о чем-то вспомнив, произнесла:

— Мне нужно идти. Я пока оденусь и приведу себя в порядок. А потом у меня есть для тебя сюрприз.

Подхватив одежду, она отправилась в ванную комнату.

Некоторое время слышался шум льющейся воды, потом он умолк, дверь ванной неожиданно распахнулась, и на пороге появилась Люся, сжимавшая в руке пистолет.

— Значит, это и есть твой сюрприз?

— Извини, что он неприятный.

— Когда ты поняла, что застрелишь меня?

— Когда оказалась в твоей квартире.

— Значит, ты получила приказ на мое устранение?

— Да. Сегодня. Операция слишком серьезная, решено было не рисковать. Но я это сделаю не без сожаления. Ты прекрасный любовник. Где-то я даже немного привязалась к тебе, так что первое время мне будет тебя не хватать.

— Уверен, ты справишься.

— Надеюсь.

— Ты могла убить меня еще в лесу.

— Все так. Я хотела попрощаться с тобой. Надеюсь, тебе понравился мой последний поцелуй.

— Он не разочаровал, вот только жаль, что он последний. Ты очень хорошо справилась с ролью влюбленной девушки.

— Я старалась. Когда-то я играла в любительском театре, не знала, что мои навыки могут пригодиться.

— Ответь мне, почему ты за немцев? У тебя для этого серьезные мотивы?

— Я не за немцев, я против советской власти.

Эта власть отняла у меня родителей, я воспитывалась в детском доме. — Неприязненно усмехнувшись, Людмила добавила: — Если ты думаешь, что там был рай, то очень ошибаешься.

— Какое твое настоящее имя?

— Разве теперь это важно? Меня зовут Варвара.

— Красивое имя… Может, ты скажешь, почему все-таки меня… решили убрать?

— За тобой следит контрразведка. Наверняка они познакомились с содержанием твоего блокнота, когда ты лежал в госпитале. Десантирование будет в другом месте. Твоя радиограмма — ложный след.