– Возможно, вы и правы, Владимир Дмитриевич, – ответил адмирал Ларионов, – но мы в любом случае не ставим перед собой задачу завоевать всю Турцию. Не стоит повторять ошибку, которую двадцать лет назад допустили несчастные греки. Если бы они ограничились только обороной так называемой области Смирны, в которой тогда высок был процент греческого населения, то все у них было бы хорошо. Но они полезли на Анкару (видимо, пожелав насладиться зрелищем капитуляции Кемаль-паши) и жестоко за это заплатили. Добро бы эта расплата коснулась только греческих политиков и генералов, расстрелянных по приговору трибунала за то, что они допустили это эпическое поражение.

Так ведь нет – вместе с собой эти деятели утащили в могилу несколько десятков тысяч греческих солдат и около полутора миллионов мирных жителей, вырезанных после победы турецкой армии.

Генерал-полковник Рокоссовский хмыкнул и добавил:

– Вот именно поэтому товарищ Сталин сказал, что на европейском театре военных действий нас интересует только так называемая зона Черноморских Проливов, и больше ничего. Поэтому сразу после того как морская пехота захватит плацдармы на европейском и азиатском берегу Босфора, ее инженерные подразделения наведут через пролив наплавной мост, по которому на азиатский берег переправятся кавалерийские и механизированные части армии товарища Буденного.

Что касается болгарских частей, то они наступают двумя сходящимися клиньями из районов Александрополиса и Иловайловграда на Радосто. Задача – после прорыва фронта не дать основной части османских войск, сконцентрированных сейчас у границы, отступить на Галлиполийский полуостров и к Константинополю, прижать их к берегу Мраморного моря, после чего подвергнутся уничтожению или будут вынуждены капитулировать. На левом фланге фронта 37-я армия товарища Козлова аналогичным образом отжимает свою часть турецкой армии к берегу Черного моря. Одновременно 9-я армия товарища Гречко, конно-механизированный корпус товарища Буденного и сводная штурмовая группа товарища Деникина с максимально возможной скоростью продвигаются в оперативной пустоте в направлении Константинополя и решают главную задачу операции «Нахимов»… Давайте сверим часы – сейчас десять часов пятнадцать минут утра второго января. Начало артподготовки в шесть утра четвертого числа, начало наступления в восемь утра того же дня на рассвете. На этом все, товарищи, все свободны.

Уже после совещания у командующего Деникин, взяв за локоток адмирала Ларионова, отвел его в сторону и, потупив взор, хмуро произнес:

– Хочу покаяться, Виктор Сергеевич, ибо грешен я перед вами. Не уберегли мы нашего комиссара, господина Тамбовцева… Во время боев в Белграде это было.