Во-первых, им было жаль Леночкиного папу, который в самом деле немало потратил на эту свадьбу. А во-вторых, что это за дела такие, сегодня женятся, послезавтра разводятся! Это же какой расход бумаги в стране получится, если все станут так делать!

Одним словом, подруги отпустили от себя Леночку только после того, как она успокоилась. И поклялась, что разводиться с Кирюшей она не станет. И даже разрешит ему заехать за ней и забрать домой.

— Волнуется, наверное, бедный. А то ведь я ушла, ничего ему не сказала. Он и не знает, где я нахожусь.

Кирюша примчался за своей женой весь бледный.

Молча взял ее за руку. И так же молча вывел из квартиры подруг.

— Как ты могла вот так взять и уйти? — услышали девушки его слова на лестнице. — Я чуть с ума не сошел, когда увидел, что тебя нет!

— Но почему ты не брала трубку?

О чем говорили молодые супруги дальше, подруги не слышали. Голоса отдалились и стали слишком неразборчивыми. Но одно можно было сказать точно: на свою порывистую супругу Кирюша не кричал. И упрекал ее мягким страдающим голосом. Наверное, в самом деле здорово переволновался, когда увидел, что беременная жена куда-то исчезла.

— Будем надеяться, что у них все будет в порядке.

И Кира направилась в ванную комнату, чтобы смыть с себя автозагар. Лосьон как-то неприятно пощипывал кожу. Продавец уверял, что это действие активного витамина «С», который входит в состав препарата. Но пощипывание стало слишком уж сильным. Дольше это терпеть Кира не могла. Да и держала она лосьон на себе уже достаточно.

Ее кожа приобрела ровный золотистый оттенок. Правда, едва заметный и больше отдающий в розовый цвет, но лиха беда начало. И честь и хвала неизвестным мастерам!

А вот утро стало для подруг настоящим кошмаром.

Проснувшись, Кира привычно потянулась в своей кровати. Села, сладко и широко зевнула, но тут же с недоумением захлопнула рот, даже зубы лязгнули. Из рукава ее ночной пижамки — зелененькой с мелкими цветочками и крохотными вышитыми шелком красненькими божьими коровками, которые ползали по цветочкам, торчала рука незнакомки.

Она была красная, шершавая и покрытая какими-то странными пятнами. Не вполне доверяя своему зрению, Кира поморгала и снова уставилась на свою руку. Да, она выглядела далеко не лучшим образом.

Чтобы исключить всякие недоразумения, вдруг это не ее рука, Кира пошевелила пальцами. И едва удержалась от болезненного вскрика. Руку словно огнем обожгло. Воспаленная кожа натянулась и запылала.

— Господи, — простонала Кира. — Что со мной?

То же самое касалось и второй руки. И ноги, как убедилась Кира, задрав штанины, тоже были красные, местами даже багровые. Недолго думая, Кира сбросила с себя всю одежду. И набрав в грудь побольше воздуха, шагнула к огромным зеркальным дверцам своего шкафа.