— Здоровая красивая Рысь, а уж как на этих двух скалилась и лапой махала! Думал — порвет! — малость польстил он Лестане, но шепотки вмиг стали одобрительными.

— Светлейшая Лестана — законная наследница Арзина, — сказал Кердан. — Теперь это ясно, здесь и говорить не о чем. Что до ее супружества… А это не ваше Медвежье дело! — рявкнул он. — Сами разберемся! Вы, беззаконные ублюдки, нам на нашей земле еще указывать будете?! Да вы след наших девиц недостойны понюхать, не то что пасть открывать и что-то говорить про них!

Коты возмущенно загомонили, и войной запахло так мерзко и пронзительно, что Хольм скривился, поняв, что ошибся.

Этих тварей следовало убивать прямо там, в овраге. Он бы потом взял вину на себя, сказал бы, что понятия не имел, кто они, просто отбивал похищенных девушек. И его Волки с Брангардом во главе, и Коты это подтвердили бы, а теперь свидетелей слишком много. Потому и Медведь настолько нагл и высокомерен. Он сейчас играет для тех, кто услышит эту историю позже. Рассказанную так, как нужно Медведям. И если убить их теперь… вспыхнет не просто война, а великое противостояние кланов, потому что у Медведей врагов не меньше, чем друзей, и одни не захотят оказаться следующей добычей, а другие будут свято уверены, что уж их-то жадность союзников обойдет стороной. Дележ земель — дело только тех кланов, которые в этом увязли, но такое прямое нарушение обычаев…

У Хольма заломило в висках от тревоги и беспомощности. Ярость, кипящая в крови, требовала немедленно сделать что-то, и крики Рысей в сторону пленных ее подогревали. Рассимор уже был не на шутку бледен, вот ему Хольм сейчас не завидовал.

Даже плененные и связанные Медведи ухитрились все повернуть к своей выгоде.

«Его надо убить, — безнадежно подумал Хольм. — Вот этого — обязательно и непременно. В драке я бы с ним потягался с радостью, но не в таких играх. Вон, даже Рассимор не знает, что делать, и Кердан уже попятился назад, сообразив, что хватил лишку…»

— Приеду домой, расскажу клану о том, какая славная охота в землях у Рысей! — врезался в нарастающий гул звонкий чистый голос Брангарда, расколов его и перекрыв не хуже, чем вопли Рудольва. — За один день выловить столько ядовитых опасных тварей — это редкая удача.

Так ты говоришь, что вождь Медведей спросит со светлейшего Рассимора за твою кровь? — поинтересовался он с нехорошей задумчивостью, и гул возбужденных голосов начал понемногу стихать. — Интересно будет послушать! Только я тогда тоже найду, о чем спросить твоего отца на Большом Совете кланов. Он ведь, кажется, как раз следующей весной, да? Например, о наемнике Росомахе, который взял деньги вперед, а заказ выполнить так и не сумел.