Мальчик смутился ещё больше, сглотнул и решительно выдвинул нижнюю челюсть вперёд:

— Уважаемый эр, сегодня ночью, где-то за одну меру до петушиных криков, я вышел во двор по мелкой нужде, — смутился немного, но продолжил, глядя мне в глаза, — и заметил, как два человека отъезжают от дома лекки Яры. Правда, у одного из них было что-то перекинуто через седло, но что именно я в потёмках разглядеть не смог. Я и не подумал тогда ничего плохого, может, кто из них был больной и ему срочно нужна была помощь? Оттого, сделав свои дела, я пошёл домой — досыпать.

— В какую сторону они поскакали, — спросил я, выходя на улицу.

— Вооон туда, — махнул мальчишка на дорогу, ведущую в лес.

Отпустив ребёнка, счастливо сжимавшего в кулачке целый ард, я задумчиво посмотрел на лес, изучая его густоту и размеры — в таком бору затеряться проще простого. Благо, у меня есть опытный следопыт, на него вся надежда.

Некоторое время спустя в мои мысли ворвался стук множества копыт и громкое ржание коней, а через мгновение рядом со мной остановилась кавалькада с капитаном эром Эшом во главе, все были в полной боевой готовности.

Глава 48"

"Карета двигалась не слишком быстро, ехать «галопом», да ещё и без рессор сомнительное удовольствие, думаю, щадя моё тело и, наверное, зубы, похитители выбрали умеренный темп. А я сидела, прикрыв глаза и думала-гадала, кому ж я так оскомину набила, что решился на такое.

Спустя где-то пол часа — час, карета начала замедлять свой ход и, в итоге, остановилась. Я распахнула глаза, прислушалась: давешний мужик, давший мне воды, разговаривал с кем-то, но слов было не разобрать, а спустя пять минут я услышала приближающиеся шаги. Дверь открылась и прозвучало:

— Прошу вас, выходите.

Я аккуратно пододвинулась к дверце и не спеша выбралась наружу. Мы остановились посреди поляны, окружённой редкими деревцами и кустами, по центру стояла ещё одна карета, выглядящая лишней на фоне природных декораций из-за своей помпезности, размеров и ярко золотого окраса. Вокруг бродили стреноженные кони.

— Пройдёмте, — подал мне руку один из похитителей. Но я отрицательно покачала головой:

— Нет, уж, увольте. Я здесь постою, подожду.

— Ну, положим, стоять вам никто не позволит, эр ожидает вас в своей карете. И либо вы пойдёте и сядете в неё добровольно, либо я силой вас туда запихну. Выбирайте.

Я посмотрела на небо — чистое и ясное, сосчитала до десяти, стараясь взять себя в руки и не пнуть этого хама:

— Ведите, — выдохнула сквозь зубы.

Дверца, обитая золотистым бархатом, распахнулась передо мной, и я смело шагнула на ступеньку и не очень изящно залезла внутрь.