Немного погодя появился невысокий, крепко сбитый кучер в коричневом пальто с пелериной, застегнутом на большие перламутровые пуговицы. Он стащил с головы шляпу с букетиком живых фиалок, повернул ее вверх тульей и начал обходить обедающих пассажиров. Те бросали ему деньги с выражением признательности.

– Что это он делает? – спросил озадаченный Кит.

– Собирает чаевые, – объяснил Уорбек с усмешкой. – Среди кучеров это называется «пнуть пассажира». Поскольку расчет производится в конце пути или на больших остановках, то пассажиры, едущие на короткое расстояние, могут ограничиться чаевыми.

Кучер просто-напросто оставляет себе плату, не превышающую три шиллинга, и забывает, что такой пассажир вообще садился в дилижанс.

– А если не платить даже чаевых?

– У кучера превосходная память на лица, однако кое-кому все же удается проскользнуть незамеченным в дилижанс и обратно. Этим чаще всего занимаются женщины, даже знатные леди. «Проехаться в кредит», вот как это называется.

– Как бы я хотел стать кучером дилижанса! Пожалуй, когда я вырасту, я буду кучером.

– Зачем же ждать так долго? – спросил Уорбек с ласковой улыбкой.

 – Если хочешь, я договорюсь об этом прямо сейчас.

Филиппа даже рот приоткрыла от удивления, когда он и в самом деле поднялся из-за стола и подошел к краснолицему здоровяку кучеру. По мере того, как продолжался их приглушенный разговор, кучер все больше терял свою невозмутимость. Наконец Уорбек сунул руку во внутренний карман и достал кошелек. Несколько золотых гиней перекочевало в протянутую руку кучера, и тот, к изумлению Филиппы, передал герцогу кнут.

– Итак, Кит, —серьезно сказал Уорбек, вернувшись к столу, – у тебя есть редкая возможность научиться править дилижансом.

Мальчик так стремительно выскочил из-за стола, что стул перевернулся и с грохотом упал на пол. Маленький черно-желтый терьер затявкал, добавив суматохи.

– Что это все значит? – потребовала ответа Филиппа, оправившись от потрясения. – Надеюсь, вы не всерьез намерены посадить пятилетнего мальчика на козлы дилижанса?

– Совершенно всерьез, – заверил Уорбек. – Иначе как же он узнает, что такое быть кучером дилижанса? Сегодня ему будет предоставлена возможность решить, так ли уж привлекательно это занятие.

Возможно, он рожден для него. – На мгновение глаза его блеснули, выдавая мягкую насмешку, потом он повернулся и пошел к выходу, на пороге остановился и бросил через плечо: – Вы, мадам, можете составить нам компанию, если желаете.

Филиппа задохнулась от возмущения, но выбора у. нее не было, и она бросилась догонять Кита с Уорбеком.

– И как далеко вы намерены ехать? – спросила Филиппа, догнав Уорбека.