Она вся сжалась, приготовившись дать ему отпор, но гигант вдруг расхохотался, увидев выражение страха на ее лице.

– Да не бойся ты, красавица! Я не собираюсь тебя насиловать, хотя, клянусь Аллахом, ты способна искусить и святого. Увы, я переболел лихорадкой и теперь не могу быть полноценным мужчиной. Но я знаю и другие способы осчастливить женщину. Может, испробуем, когда мои люди угомонятся и будут спать, а?

Катриона с тревогой спросила:

– Что вы намерены сделать со мной?

– Как что? Продать, конечно! Ты разве никогда не смотрелась в зеркало? Да ты стоишь мне целое состояние.

Надо только решить, где я смогу выручить побольше: на невольничьем рынке или предложив тебя прокурорше Фатиме. Ну да ладно, разберемся – до Аполлонии еще добраться надо.

«О боже! – мысленно простонала Катриона. – Неужели все сначала?» Нет, надо собраться с духом. Капитан и его солдаты не знают, что беспомощные женщины, которых они захватили, путешествуют не одни, а вместе с тремя мужчинами. Если удастся задержать солдат здесь до их возвращения, то все может измениться.

Но что, если солдаты натешатся и капитан решит тронуться в путь? Чтобы удержать его здесь, имелся только один способ. И хотя Катриона думала об этом с ужасом, выбора у нее не было.

А капитан тем временем мял ее груди, теребил соски. Пусть он и не был полноценным мужчиной, но и беспомощным существом еще не стал. Вознеся про себя молитву за скорейшее возвращение Ботвелла и остальных, Катриона заставила себя говорить как простушка, робко и неуверенно:

– Уже два года как я овдовела, капитан, и муж мой был человек простой, что… – Словно не решаясь продолжать, она потупилась, нервно хихикнула, но потом все же еле слышно закончила: – А что это за другие способы сделать женщину счастливой?

Поросячьи глазки Омара превратились в щелки, а потом заблестели в предвкушении блаженства.

– Два года как вдова? Такая красотка, и не с кем позабавиться?

– Сначала траур носила, потом заболел отец, и мы с сестрой ухаживали за ним, пока не умер, так что времени для забав не было, – закончила она горестно и скромно опустила глаза.

– Но муж-то, поди, был не промах? Наверняка ведь кое-что тебе показывал в постели?

– О нет, капитан! Он был намного старше, очень богатый, за меня дал большой калым, но перед тем как умер, потерял почти все свое богатство из-за неверных вложений.

И если бы отец не взял меня обратно, то я оказалась бы нищенкой.

– Но ведь ты не девственница, надеюсь?

Катриона засмущалась:

– О нет, капитан! Муж раз в неделю исполнял супружеский долг.

– Раз в неделю? Всего один раз?! – взревел гигант.