– Пришлось, – улыбнулась старая дама. – Как-никак успешно веду здесь дела без малого сто лет.

Евнухи встали, их примеру последовал и Эли Кира.

– Прошу простить нас, господин Кира, за вторжение в ваш дом. Нас ввели в заблуждение сообщением, что совершено преступление, в котором участвовала ваша семья. Очень надеюсь, что вы не сочтете это оскорблением и не станете жаловаться султану.

– Нет, – быстро ответил банкир. – Насколько я понял, это было прискорбное недопонимание: вы просто исполняли свой долг.

Кизляр-ага поклонился Эстер Кира и сухо произнес:

– Вы просто невероятная!

Повернувшись, вельможа пошел к выходу, и за ним последовали Хаммид и хозяин дома.

После того как банкир вернулся в дом, Кизляр-ага повернулся к Хаммиду:

– Действуй, как она предложила. Если возникнут какие-то вопросы, я тебя прикрою.

– И да и нет, – пожал плечами вельможа.

Кизляр-ага забрался в паланкин и дал знак носильщикам отправляться, а вернувшись в новый гарем, решил для себя что влияние Эстер Кира на императорскую семью должно быть прекращено, а сама она, вне всякого сомнения, должна исчезнуть.

Даже в своем преклонном возрасте она представляла собой опасность. Кроме того, она была представительницей тех времен, когда султаны Оттоманской империи правили сами, не нуждаясь в советах жен и евнухов, и Кизляр-ага не хотел, чтобы те времена возвратились.

Ранним утром на побережье Фессалии еще стояла тьма. Пурпурные вершины гор вздымались в посветлевшее от первых лучей солнца небо, и выше других поднимались покрытые снегом вершины Олимпа и Оссы. Между этими двумя гигантами протянулась горная цепь Пинда, огибающая плодоносные равнины Фессалии, по которым, рассекая их надвое, протекала река Пиньос, впадавшая в Эгейское море.

В короткий промежуток между отливом и приливом, когда темно-зеленые воды реки лениво смешивались с лазурными водами моря, небольшая лодка вошла из Эгейского моря в устье Пиньоса.

Она всю ночь стояла на якоре неподалеку от побережья, ожидая затишья, чтобы спокойно войти в воды реки и, воспользовавшись приливной волной, которая подгоняла их, начать подниматься вверх по реке.

Случайный рыбак с берега мог бы заметить, что в лодке четверо мужчин и женщина, и для него было бы очевидно, что это семейная лодка прибрежных торговцев, направляющихся в Лариссу, чтобы продать там свой товар.

В самой же лодке ее обитатели испустили общий вздох облегчения. Закончился еще один этап их путешествия, оказавшийся на удивление простым. С того самого момента, когда они отчалили от острова Тысячи Цветов, небеса благоволили им, а морские волны только подгоняли их лодку.