Но… почему?

Когда мы целовались у нее в подъезде она тоже так испуганно дрожала, но я держал себя в руках. Я реально держал руки подальше от тех мест, которые очень хотел потрогать. Я понимал, что с ней нужно быть предельно осторожным, внимательным.

Но в чем же дело? Почему не готова переступить грань?

Неужели Ильяс прав, и она все еще…

Нет, я видел ее фотографии с тем парнем, с которым она танцевала. И видел в чем она танцевала. И вообще…

Там все было очень откровенно, на пределе. Они явно были близки! Кто бы смог устоять перед ней? Да и она…

Зоя современная девочка, это очевидно.

Я не осуждал нет. Я все понимал.

Тут другая культура, другое воспитание. Я не давал этому оценку – хорошо, не хорошо. Просто признавал факт, что оно другое вот и все.

Зою воспитывала мама, одинокая женщина. Не было рядом мужчин, которые бы их защищали, помогали. Не было мужчин, которые ограждали бы от мерзости этого мира.

Конечно, я мечтал о том, чтобы любимая девушка досталась мне чистой и невинной. Но в случае с Зоей… Мне было все равно. Мне просто хотелось, чтобы она стала моей.

- Тамерлан?

- Зачем в номере? В ресторане.

- А как же Кристина?

- Ты же слышала, что я ей сказал? Кристина все закажет в номер. Я… Я просто хочу побыть с тобой.

- Почему?

Как будто она сама не знала!

- Зоя…

Неожиданно она резко повернулась и уткнулась мне в грудь, прижимаясь, обвивая своими руками.

Я стоял как истукан, боясь тронуть ее, опустив руки по швам.

- Обними меня."

"- Что? – я сам не узнал свой голос, он стал глухим, низким, похожим на рычание раненного зверя. Я с ума сходил от ее запаха, от близости тела. Знала бы она, с каким огнем играет!

- Пожалуйста, Там!

Меня не нужно было просить два раза. Я осторожно положил ладони на ее талию, спину – какой она была хрупкой и нежной, мягкой там, где надо…

- Зоя…

Она подняла голову, глаза блестели от слез. Маленькая, испуганная птичка! Ее губы…

Разве можно было удержаться?

Я прикоснулся к ним сначала нежно, пробуя, словно спрашивая разрешения, почувствовал, как она сначала напряглась, а потом… потом приоткрыла ротик, впуская меня. Нужно было держать себя в руках. Я должен был быть с ней нежным, осторожным. Мой маленький пугливый Светлячок.

Меня трясло от желания сжать ее крепче, целовать жадно, исследовать ее тело руками! Я сдерживал себя. Тормозил.

- Что же ты со мной делаешь, Зоя?

- Прости…- она дернулась, пытаясь вырваться, освободиться. Но разве я мог отпустить.

- Нет, прошу. Еще немного… - мне нужно было еще немного ее Зои, ее тепла, ее нежности.

Она покорно вернулась в кольцо моих рук.

- Там… ты сказал, что голоден.

- Если бы ты знала как! – чуть подал вперед бедра, давая малышке понять какого рода голод снедает меня. Она испуганно отпрянула.