- Там, можно мне поговорить с твоей… с твоей женой?

Он говорит тихо, голос у него тоже изменился, стал грубее.

Тамерлан смотрит на меня.

- Илик, может утром? Мы… Мы просто спустились немного подкрепиться, и… надо спать. Зоя сейчас устает быстро.

Я знаю, он говорит это потому, что опасается, не хочет, чтобы Ильяс хоть одним словом меня расстроил.

Но я сильнее чем думает мой любимый муж!

- Там, я поговорю сейчас.

- Хм… хорошо. Я… сделать тебе кофе, Ильяс?

- Дай нам пять минут, потом я приготовлю бутерброды, а кофе по ночам пить не надо. Иди лучше, посмотри, комната для гостей у нас в нормальном состоянии? Если нужно белье перестелить – я сделаю.

- Все там нормально. Айна следит.  – он качает головой, - Понял все. Оставляю вас. Не долго, брат? Мне моя женщина нужна в моей постели.

Тамерлан улыбается, обнимая меня и чмокая в щечку.

Ильяс не отвечает улыбкой, хотя и провожает жадным взглядом каждое действие брата. Он ведь… он ведь не ревнует до сих пор? Нет! Этого быть не может!

Я знаю, что у него у самого была печальная история. С той самой девочкой, которая тогда везла его инвалидную коляску. Надежда – так ее звали. Она забеременела от Илика, а потом уехала. Тамерлан не рассказывал, что было потом, а я не спрашивала – просто у нас были свои проблемы, и мне на самом деле было не до жизни Ильяса.

Тамерлан выходит.

Мы остаемся. Стоим молча. Напряжение растет. Скоро воздух в нашей большой, уютной светлой кухне можно будет резать ножом.

- Светлячок…

У меня сердце сжимается. Воспоминания накатывают…

Мы в свадебном салоне. Я, такая счастливая, стою, в роскошном платье, в глазах капельки счастья, держу руку на плоском еще животе, а потом…

Потом появляется она. Мадина Алиева. Роскошная восточная красавица, в окружении стайки подруг. Счастливая, довольная, смотрит на меня как на мусор под ногами…

Конечно, она знала, кто я такая. Конечно, наша встреча была подстроена.

А потом… Капельки крови, стекающие по ногам и дикий страх потерять такого желанного малыша, пусть и от предателя…

- Зоя. Я знаю, что должен на коленях вымаливать прощение. И я готов. И ты не обязана меня прощать. И принимать в своем доме тоже не обязана. Я бы никогда не нарушил ваш покой, не приехал бы, не пришел… Но мне нужна помощь. Очень нужна.

Я помню, что прощать – это самое верное, и лучшее решение. И я давно все простила.

Прошлое остается в прошлом. Мы творим будущее здесь и сейчас. Мы создаем его сами.

И я хочу, чтобы это будущее у нас – у меня, у Тамерлана, у наших детей – было счастливым. Поэтому…

- Ильяс, наш дом – твой дом. Ты брат Тамерлана, значит и мой. Ты дядя наших детей, которые, конечно, должны тебя узнать и полюбить. И мы поможем, обязательно! Что бы не понадобилось тебе – поможем!

Он… он всхлипывает, потом закрывает лицо руками.