- Кажется, посмотреть город вам не удастся, он вас теперь просто так не отпустит! – это говорит отец Петроса, Николас

- Мы можем поехать вместе, возьмем парня с собой? – Тамерлан смотрит на меня, - Зоя? Что ты скажешь?

Я молчу, почему-то я совсем растеряна. И какое-то щемящее чувство вызывает то, как Тамерлан держит моего сына.

- Она скажет, что ехать никуда не надо, город не такой большой, - Света смеется, - есть достопримечательности, которые тут совсем не далеко, так что…Отдохнете, пообедаете, и…

- Я, наверное, не смогу составить вам компанию. – говорю, отворачиваясь от Тамерлана, делая вид, что рассматриваю цветы, стоящие в вазе, - немного устала. А завтра… завтра я хотела бы поехать в Лимасол…

Я хочу поехать в дом, где мы были так счастливы с Петросом. Мне нужно попасть туда. Одной. Без свидетелей.

- Ты уверена, Зоя? – Света смотрит на меня, протягивая руку, куда я вкладываю свою.

- Да, уверена. Если сегодня вы возьмете Тамерлана и Костика, я буду очень рада.

Тамерлан провожает меня до комнаты, несет Косту, которого я хотела взять сама, но Там не дал.

- Малыш тяжелый, в твоем положении это может быть опасно.

Он прав, и я не спорю. Захожу в гостевую спальню, которую мы всегда занимали вместе с Петросом, если оставались у его родителей.

- Зоя, я поеду с тобой завтра.

- Нет, Тамерлан, пожалуйста. Я хочу там побыть одна.

- Я довезу тебя до дома и уеду. Остановлюсь в отеле. Потом заберу.

- Меня может отвезти водитель.

- Зоя, я не отпущу тебя одну. Только… не в твоем теперешнем состоянии. И вообще, не лучшая идея для тебя ездить без поддержки.

- Там, я беременна всего несколько недель, даже месяца нет. Чувствую себя прекрасно.

- Прошу тебя, не спорь.

Он делает шаг ко мне. У него на руках мой сын, сын, который с такой легкостью пошел на руки к незнакомцу, хотя обычно дети чужих опасаются.

Тамерлан держит одной рукой Косту, второй обнимает меня.

Это кажется таким естественным, но в то же время…

- Не надо, прошу… Не здесь…

Не в этом доме, где все напоминает мне моего мужа. Его улыбку, его смех, его гортанный голос – он любил мне читать на греческом «Одиссею», я ничего не понимала, но это было красиво.

Тамерлан сажает Косту на мягкий ковер, выходит молча.

Я сажусь рядом с сыном. Он изменился, подрос, и так сильно похож на отца!

Почему мои дети похожи на своих отцов? Может быть, та крошечка, которая живет сейчас во мне будет похожа на меня?

Мне почему-то хочется, чтобы это была девочка. И в то же время…

Мне так хочется родить Тамерлану сына!

Да, он считает Сандро своим, родным, хотя в этом есть какая-то дикая нелепость, несправедливость.