Это был Николас, герцог Холлинбург.

Пока Чейз забирался в карету, незнакомец дружелюбно улыбнулся ей.

– Холлинбург может еще на пять минут отсрочить битву, если войдете вместе с ним, – сказала Минерва. – Теперь у нас уже пятнадцать минут.

– Это неприятно слышать, но она права. Моего влияния на родню хватает в лучшем случае на пять минут, – согласился герцог.

– Буду очень благодарна даже за это, – осторожно проговорила Розамунда. – Хотя и надеюсь, что все будет не так страшно, как меня предупредили.

– Я говорила, что ей следует отклонить приглашение, – сказала Минерва.

 – И до сих пор настаиваю на этом. Можем прямо сейчас отвезти ее домой, а по приезде заявить, что она больна.

– Там у нее будут союзники, дорогая, – заметил Чейз. – Мы втроем и, надеюсь, Кевин.

– Он приедет? – несколько растерянно спросила Минерва. – Я думала…

– Он вчера получил приглашение, – ответил Чейз. – Упомянул об этом в записке, которую я получил перед тем, как вы спустились к экипажу. Но, оставаясь верным себе, забыл сказать, принял ли его.

– У вас с ним хорошие отношения, мисс Джеймисон? – спросил герцог.

 – Спрашиваю лишь потому, что мы довольно легко сможем справиться с остальными, но Кевин иногда бывает слишком уж прямолинеен.

– Иными словами, может нагрубить, – вставила Минерва. – Но вы это уже знаете.

– Полагаю, между нами существует некая дружба. Он помогает мне обустроиться в Лондоне.

Эти слова придали герцогу уверенности.

– Очень в его духе принять огонь на себя, – заметил Чейз.

– Какой интересный поворот, – проговорила Минерва. – Этот вечер может оказаться почти приятным вместо катастрофы, которой я ожидала.

Кевин вошел в гостиную. На мгновение всё смолкло, любопытные взгляды обратились к двери, чтобы посмотреть, кто пришел. Затем снова раздался шум разговоров. Две жены его кузенов не сумели скрыть разочарование. «А, это всего лишь ты», – говорили их лица.

Явились все – по крайней мере все, кто посещал семейные сборы. Его отец не удосужился прибыть, как и братья отца, по большей части жившие в деревне и редко наведывавшиеся в Лондон. Но его двоюродные братья почтили тетю Агнес своим присутствием, как всегда, нарочито демонстрируя свое положение и привилегии.

Члены семьи, считавшие, что должны были получить деньги, которые унаследовала мисс Джеймисон, собрались для того, чтобы хорошенько поглядеть на воровку, разрушившую их давние сладостные ожидания.

Тетя Агнес и тетя Долорес мило беседовали на кушетке. Агнес увидела Кевина и жестом попросила подойти к ним.

– Мы никак не придем к согласию, – вздохнула она, словно спор с сестрой был чем-то необычным.