Выглядела она похудевшей, изможденной, в гроб и то краше кладут. Бескровные губы, землистого цвета кожа – от цветущей, полной сил девушки почти ничего не осталось. Но взгляд снова был ясным и чистым. Ни следа мути, тусклой поволоки, а главное – болезненного желания бежать за господином по малейшему щелчку его пальцев.

Летта при виде сестры враждебно вскинулась, как гончая, почувствовавшая след зайца, и уже собиралась разразиться очередной порцией нелепых претензий, но, рассмотрев старшую повнимательней, притихла. Начала торопливо есть, время от времени косясь на соседку расширенными от ужаса глазами. Ну слава богам, может, хоть что-то поняла?

Оказалось, зря я надеялась. Едва Тисса устроилась в фургоне, как скандальная девчонка начала выяснять отношения.

– Высокородный тебя выгнал, да? – ринулась она в бой, грозно размахивая руками. – Чем ты ему не угодила? Недостаточно вежливо разговаривала? Много потребовала? Или оскорбила саэра своей непочтительностью?

Тисса поморщилась и, ничего не ответив, прикрыла ресницы, точно пытаясь совладать с внутренней болью. Однако Летта не унималась.

– Отворачиваешься? Стыдно в глаза смотреть? Ведь так здорово все складывалось: господин меня приметил, обещал после совершеннолетия забрать. Я бы дни считала, к тебе в гости ездила, чтобы он меня не забывал. Да и ты напоминала бы ему о младшей сестренке. А теперь что? – Девочка шмыгнула носом. – Он такой красивый, ласковый, а ты… Ты дура-а-а.

И она по-детски безутешно, со всхлипами заплакала, неловко размазывая ладонями слезы по лицу.

– Летта, – одернула впавшую в истерику дочь нара Хард, – перестань немедленно. Как тебе не стыдно говорить такое о Тиссе?!

– А вот и не стыдно! Ни капельки, ни чуточки, – снова завелась младшая. – Тиска сама виновата, господина упустила и мое будущее сломала.

Я надеялась, Стана прикрикнет на юную нахалку, отчитает, объяснит. Хоть как-то приструнит. Но женщина только укоризненно вздохнула, махнула рукой и снова перенесла все внимание на Тиссу, рядом с которой сидела. Нежно обняла, прижала к себе и зашептала на ухо что-то утешительно-ласковое.

Летта все жужжала и жужжала, надрывно и противно, как назойливая осенняя муха, и я не выдержала.

– Я тебе уже говорила, что Тисса с самого начала не собиралась становиться наложницей. Помнишь? Она любит жениха и хочет выйти за него замуж. Как только господин понял это, сразу же ее отпустил. Вот и все.

– Зачем вы обманываете? Думаете, совсем ничего не понимаю? – набросилась на меня девчонка. – Да Олеб урод по сравнению с саэром Даниасом! Добровольно от такого господина только сумасшедшая откажется.

Застонала про себя. Бесполезно. Летта просто-напросто влюблена, и ей ничего сейчас не докажешь.

– Можешь мне не верить, твое дело.