Усадив его посредине кучи игрушек и убедившись в том, что дверь спальни закрыта, так что он не сможет никуда уйти, она прошла в ванную и поспешно встала под душ.

Одеваясь, Брук погрузилась в глубокие раздумья. Прошлой ночью подозрительность Моргана ее больно ранила, но этим утром она достаточно успокоилась, чтобы оценить трудное положение, в котором он оказался. Закалывая волосы в аккуратный пучок, она пыталась взглянуть на происшедшее глазами Моргана. Он был уверен, что она заманила его в коттедж и заставила там задержаться, пока ее брокеры вели переговоры о продаже ее акций. Конечно, он совершенно неправильно истолковал ее поступки, но было неприятным и странным совпадением, что кто-то продал большой пакет акций как раз в тот момент, когда она вздумала уединиться с Морганом в домике у озера.

Закончив одеваться, Брук отнесла Энди вниз, на кухню, чтобы приготовить им обоим завтрак. «Суть проблемы, – поняла она, – заключается в том, что кто-то эти акции продал. Кто именно?»

Напряженно размышляя над этим вопросом, она поставила перед Энди тарелку с кашей. Она пыталась как можно точнее вспомнить свой разговор с адвокатом, мистером Барнсом. Он досконально объяснил ей, как распределились акции «Кент Индастриз». По завещанию Эндрю она получила восемь процентов от общего их количества. У кого-нибудь еще было столько же акций? Конечно, у Моргана, но не у мистера Кента-старшего: тот постепенно продавал свои акции. А как насчет Шилы?

У Брук вдруг потемнело в глазах, когда подобная догадка как молния промелькнула в ее мозгу. Шила получила от своей матери в наследство восемь процентов акций! Могла она продать свои акции, зная, насколько серьезным будет для Моргана результат ее действий? Могла ли она иметь причину для этого?

Брук пыталась рассмотреть этот вопрос объективно, но ее отношение к золовке было слишком сложным, чтобы она могла отнестись к сложившейся ситуации без предубежденности. Она вынула Энди из стульчика, даже не заметив, что ее кофе и тосты остались на столе нетронутыми.

– Мы идем повидаться с твоим дедушкой, – сказала она. – Ты рад?

Энди кивнул, подпрыгивая от радости.

– Деда! – проговорил он. Как только его ноги коснулись пола, он вывернулся из рук Брук, с ловкостью обезьянки нырнул под стол и появился оттуда, держа на руках котенка. – Джош, – объявил он матери, напоминая ей имя кошки. – Джош идет навестить деда.

– Надеюсь, твой дедушка готов к такому визиту, – пробормотала Брук. – Я понесу котенка, Энди. Если ты попробуешь нести его по лестнице, ты можешь упасть вместе с ним.

Они обнаружили мистера Кента в его гостиной: он сидел там, болтая о чем-то со своей сиделкой.