Ночью и сегодня днём первый раз услышали свист пуль над головой. Одним словом, стопроцентные салаги – пушечное мясо для этой войны. Хотя именно этим десяти финнам очень повезло – они остались живы в этой мясорубке.

Из интересного, я узнал у пленных, что нам противостояло целых две роты финской пехоты, и что немного в глубине располагалось несколько взводов егерей, а также миномётная батарея. Таким образом, на каждого одного моего бойца приходилось по три финна. К тому же, они оборонялись в заранее оборудованных позициях. Пускай, это не бетонные доты и дзоты, но окопы у финнов были полного профиля, и, вдобавок, всё вокруг них было утыкано фортификационными сооружениями.

По всем военным канонам для наступления на такие позиции соотношение войск должно быть 3 к 1, в пользу наступающих. А тут, практически всё было наоборот. Да, такие вот дела! Что ж, нам не привыкать воевать, как учил военный гений, фельдмаршал Суворов – не числом, а умением.

Кроме этих сведений я узнал, что на наш участок фронта прибыл сам Симо Хяюхя – известнейший снайпер. Прозвище у него было – «белая смерть».

Он являлся поистине чудодейственным знамением воюющей Финляндии – где присутствовал Симо, там финны всегда побеждали. Этот легендарный снайпер лично убил более 500 советских солдат. Получалось, если учитывать короткий световой день в этих широтах, что он убивал по одному человеку в час.

Закончив допрос пленных, я направился к расположившимся невдалеке бойцам и командирам, недавно прибывшей третьей роты. Они с любопытством наблюдали за моим разговором с пленными. И когда я подошёл, то услышал недвусмысленные шуточки и насмешки в адрес финнов.

Пришибленный вид пленных оказал очень позитивное воздействие на моральное состояние красноармейцев. Да и их командир лейтенант Семёнов был – просто орёл.

Настрой ребят мне понравился, ведь им через час предстояло идти в бой. Первую вылазку на позиции финнов я решил им облегчить. Боевым группам роты Семёнова не нужно будет пробираться через нейтральную полосу, в любую секунду ожидая выстрелов со стороны финнов. Все эти боевые группы-отделения должны были попасть внутрь финской обороны по уже готовым проходам.

Я предупредил Кузнецова, чтобы он не отводил своих бойцов, пока люди Семёнова не втянутся в финские порядки.

Необходимая перед этой вылазкой, предварительная работа с красноармейцами и командирами групп была уже проведена. Все люди Семёнова чётко знали свои задачи и методы их решения. Дело было за малым – всё это успешно применить на практике. Лишними наставлениями можно только всё испортить. Все недочёты мог выявить только реальный бой. Понимая это, я особо не мучил ребят из третьей роты.