Отец — Дмитрий Сурков. Работает в Имперском банке. Сурков-младший поступил в институт полтора года назад, на три месяца раньше меня. Ранга воин, цвет браслета желтый. Мало ходил в метеориты и больше добивал вырвавшихся монстров. Своего рода падальщик. На этом и набил ранг. Любит азартные игры, нарцисс, не обделен вниманием девушек, но предпочитает простолюдинок, потому что они потом не предъявляют претензий, скотина, — последнее она сказала чуть тише и продолжила. — Любит покрасоваться перед публикой, но довольно труслив, если перед ним более сильный маг. Все привык решать деньгами, как и большинство учащихся…

— А что-нибудь этакое?

— Этакое? — Она сделала театральную паузу. Бьюсь об заклад, она сейчас лыбилась во все тридцать два зуба. — Владеет ломбардом, разумеется, на подставное лицо. По неофициальным данным, туда скидывают, как контрабанду с Дикой зоны, так и обычные побрякушки из города. Адрес отправила.

— Есть какие-то терки с Трубецким?"

"— А почему именно с ним? — удивилась и насторожилась она.

— Так есть или нет? — Я решил не вдаваться в подробности, так как не был до конца уверен в Вике.

— Не замечен…

— Понял! Спасибо, Вика, ты мне очень помогла!

— Рада была помочь, пока, — пролепетала она и тут же положила трубку.

Интересные личности учатся в этом заведении.

— Расскажешь? — невинным тоном спросила Маша разглядывая ногти.

— Может потом, когда все утрясу… — Я еще раз поцеловал ее в щеку, на этот раз на прощание, и пошел на встречу с Трофимом.

Мы выбрали бар не в самом дорогом заведении, но и не на окраине. Как оказалось, мой бывший сокамерник неплохо разбирался в питейных заведениях в городе и, полагаясь на его вкус, мы пришли в уютный паб, чем-то напоминающий английское заведение из моего мира.

Все из коричневого дуба, добротная барная стойка с кучей бутылок за спиной бармена, рояль в углу, уютный камин и совсем немного народу. Приглядевшись, я увидел у каждого нашивку ремонтников «Скарабеев».

В ходе наших посиделок мы многое обсудили, и я узнал много нового про внутреннюю кухню не аристократической части города.

— Скажи, Михаил, почему ты мне помог? — спросил Трофим, когда на столе появилась третья кружка пива. — Ты же, вроде, благородный. Зачем тебе помогать такому как я? Нет, я, конечно, рад, но на моей памяти, еще никто ничего подобного не делал…

— А почему нет? — пожал я плечами. — Считай, мне просто захотелось.

Я залпом осушил стакан.

— Давай будем считать, что это мои аристократичные прихоти, ладно?

— Эх, странный ты мужик, но добрый, — хлопнул он меня по спине, но быстро опомнился и принялся извиняться.

— Хватит, успокойся уже… — недовольно я отмахнулся от его бормотания. — Кстати, я нашел твоего обидчика.