— А кто оплатил ваш кредит и спас имение? Кто тратит огромные суммы, чтобы поддержать здоровье твоей матушки? — продолжал разоряться Москалев, — Но чем ты, Саша, платишь мне за доброту? Мой сын, которого ты обязался защищать, с тяжелыми травмами лежит в больнице!

— Господин, я сделал все что мог, — попытался оправдаться юный Болдырев.

— Значит этого мало! — рубанул глава клана, — Твоя мать жива, а пользы от этого немного!

— Господин, я просил Петра не ввязываться в драку с такими сильными противниками, — Саня со страху за матушку наговорил лишнего, понял, замолчал, но слишком поздно.

— Ты пес вместо того, чтобы служить и защищать собрался учить своего господина? — Москалев как будто ждал этой оплошности, — Неблагодарная тварь! На кого я трачу свои деньги и время?

— Господин, простите меня, я все исправлю, простите меня, — взмолился Саня, понимая куда клонит глава клана, один его звонок и у матери останутся считанные дни.

— Смерд, у тебя остался всего один шанс, — захлопнул ловушку взрослый мужчина, легко играя на чувствах подростка, — Моего сына дважды обидел известный тебе Михаил Соколов. Разберись с ним!

— Да, господин, все сделаю, он у меня из больницы не выйдет, — поклонился Болдырев, ради мамы он готов был сделать и не такое.

— Ты меня не понял! — рявкнул глава клана, — Убей паршивца!

— Но…, — открыл рот ничего не понимающий Саня, убить дворянина из-за школьной драки, да еще и спровоцированной самим Петром?

— Выполняй приказ, если в роду Болдыревых еще не забыли про честь и благодарность вассала перед господином! — отдав страшное распоряжение, Москалев вышел из комнаты.

В ведении генерал-майора Афанасьева находилась огромная территория.

Велика матушка Россия, некоторые северные губернии иной раз занимали площадь больше чем Франция или Германия. Одна беда людишек, да земель пригодных к жизни маловато. Края суровые, зимой страшные морозы, летом нестерпимая жара, но самое главное по всюду магические аномалии, бич древних войн. Электроника не работает, самолеты не летают, если и живет кто, то словно в прошлом столетии застрял.

Однако две-три дивизии эти обширные земли охраняли, опять же Кадетский Корпус под рукой. Пространства огромные, угроз внешних вроде немного, но полки всегда на чеку.

Генерал может и не очень боевой, но муштру и старые традиции чтил, с личным составом не цацкался, изматывал в тяжелых учениях, да походах по тайге. В общем войско держал в ежовых рукавицах, как мог готовил к трудностям и сражениям. Правде его подход устарел лет на сто пятьдесят, но какой есть, в такую глухомань перспективный офицер не поедет, сгинуть можно!

— Лев Емельянович, узнали? — раздался в трубке властный женский голос.

— Как не узнать, да я…, — возбудился Афанасьев.