— Баррикаду ладят! — фыркнул сыщик. — Это против бронетехники, что ли? Ну-ну…

Взревел неподалеку дизель, и внезапно, проламывая доски ветхого забора, на улицу выкатился…

…Бронетранспортер «помогальников».

А из боковой улицы высунули свои носы знакомые фургоны.

Боевая машина, скрипнув тормозами, остановилась, и тонкий орудийный ствол медленно обшарил всю округу.

— Откуда они здесь?! — схватил генерал за рукав своего собеседника. — За городом же стоят! Или нет?

— За городом… — ошарашенно проговорил тот. — Да… не один ли хрен? Броню обещали — вот она! Теперь можно и с этими субчиками предметно побеседовать!

И, подхватив с земли мегафон, он решительным шагом пересек площадь.

— Снимай! — толкнул оператора журналист.

— Эй, голубчики! — поднес начальник УР ко рту мегафон. — Вы танк просили — вот он! Вылазьте по-доброму!

— А хо-хо не хо-хо?! Броню пулей возьмешь?

Столичный генерал только крякнул.

С чердака здания ударил одиночный выстрел.

И, выронив мегафон, полковник осел в дорожную пыль…

Словно вихрь пронесся над садом и домом — спецназ ударил из всех стволов.

Не остались в стороне и местные — под автоматными очередями ветхие доски забора простояли недолго. По укрытию террористов били примерно из пятидесяти стволов, стрелял даже и генерал. Впервые за несколько лет взяв в руки оружие, он словно сросся с автоматом, выпуская по окнам короткие злые очереди.

И это тотчас же дало результат — свесился с чердака снайпер, кто-то жутко заорал внутри здания. А притаившиеся в сенях спецназовцы под шумок забросили в окна по гранате. Дом аж затрясся…

— Господин генерал! — прижавшийся сбоку помощник тряс Городнянского за плечо.

 — Белый флаг!

И точно — из углового окна высовывалась белая тряпка на палке.

— Прекратить огонь! — генерал закинул за спину автомат, отобранный у охранника. Поискал мегафон, зло сплюнул и гаркнул просто так: — Вылазьте, черти душные!

Из дома показался первый террорист. Подняв над головою оружие, он осторожно вышел на дорогу. Наклонился, положил автомат на землю и пошел… к фургонам «помогальников».

— Эй, милок! Ты не окривел, часом?

Но террорист по-прежнему не менял курса.

Вскочив на ноги, к нему рванулся один из спецназовцев.

— Нет. Не надо. Он сдается.

Твердая рука, упершись в плечо спецназовца, остановила его бег.

Закованный, как и всегда, в броню, невозмутимой глыбой возвышался у него на пути «помогальник».

— В чем дело? — подошел к ним Городнянский. — Это преступники! Вы что — не видели?

— Подозреваемые вступили с нами в переговоры, — незаметно возник рядом офицер корпуса. — Пообещали сложить оружие. Они выполняют свое обещание.