— Ты тоже через это прошла?

— Я уже говорила. — На лице Вайолет не дрогнул ни один мускул.

Но вот руки, которыми она то сжимала ножку фужера, то разжимала, выдавали её нервозность с головой.

— Таис — она впервые назвала меня по имени, посмотрела прямо на меня, не пряча эмоции за бесстрастным выражением.

В её льдистых глазах сейчас отражалось столько муки, что меня оторопь взяла. Через что ей пришлось пройти, что внутри у неё столько боли?

— Таис, мы для них разменные монеты, инструменты и игрушки. Не забывай этого никогда. Они могут обольщать тебя, говорить, что ты для них единственная. Даже могут сказать, что любят. Но это пока твоё присутствие рядом не будет мешать их планам. И тогда ты будешь делать всё что угодно, вымаливая их внимание.

Она говорила «их», но в каждом этом «их» я слышала «Алекс». Какой же скот этот аристократишка! Осознание того, что он издевался над моей сестрой по дару, прошлось острым лезвием по душе.

— Так почему ты не ушла от него? Ты же республиканский Ткач!

— Наивная, — горько усмехнулась она. — Красивое название, а за ним — клетка. Нас воспитывают в неволе, а потом запихивают в коробочку побольше, дав лишь иллюзию выбора и прав.

Молчание, повисшее между нами, давило безысходностью. Мне было больно за Вайолет, и себе я такой судьбы не хотела.

Я бросила взгляд через плечо. Там уже на откровенно повышенных тонах скандалили отец и сын.

Женевьев с Мелиссой благоразумно отошли в сторону, в то время как Авадея нашла каких-то своих подружек и радостно демонстрировала всем помолвочное кольцо.

— Каким бы бунтарём ни был твой Войнот, против воли рода он не пойдёт, — устало проговорила Вайолет.

— Посмотрим, — отчего-то уверенно возразила я.

Всё потому, что видела: Кэйетан и не думает прогибаться под решение отца. Вообще, ситуация приобретала по-настоящему скандальную окраску. До нас доносились лишь обрывки фраз, в которых оба Войнота явно не стеснялись в выражениях. И, видимо, чтобы как-то снизить накал, Женевьев кивнула глашатаю. Мужчина споро вышел на центр залы и произнёс:

— Объявляются традиционные танцы в дань уважения Светлейшей! К услугам нетанцующих господ оборудованы комнаты для увеселений.

Он поклонился на четыре стороны и вернулся на свой пост у двери. Из-под потолка полилась нежная мелодия, а аристократы вокруг оживились, выискивая свои давно оговорённые пары. Часть высокородных — более солидного возраста — двинулась в стороны открывшихся в стенах дверей.

— Что ж, удачи, сестра. — Вайолет тронула меня за плечо и подбородком указала на идущего к нам Кэя. — Не слушай сердце.

Она растворилась в толпе гостей так быстро, что впору было заподозрить наличие маскирующего артефакта. Но мысль эта мелькнула и тут же исчезла. Всё потому, что Войнот добрался до меня.