Сказывался опыт общения с многочисленными братьями и сёстрами.

— Либи достался ослабленный дар высокородных родственников. Артефакты она создавать не может, тем более наделять вещи магией. А вот визуализировать придуманный эскиз — запросто. Да ты сама сейчас увидишь.

Она кивнула на спускавшуюся сверху Либерику. Девушка тащила ещё несколько рулонов ткани, какие-то инструменты и контейнер, заваленный отделочными материалами. Бисерные нити, что свисали из него, вызвали у меня непроизвольную судорогу в горле. Не уверена, что позволю снова обрядить себя в такого вида бахрому.

— Так, смотрите. — Швея выкатила к нам манекен, который под двумя пасами приобрёл мои формы. — Наше платье будет отображать суть Таис!

Она схватила ворох бисерных нитей и начала прикладывать к ногам истукана. Чередуя их с кружевными вставками, девушка ловко соорудила подол будущего платья.

— Либи, я не хочу мешать процессу, но мне бы не хотелось столь явной отсылки к моему дару. — Я постаралась говорить с максимальным уважением к творцу. — Это всё равно, что тематический костюм.

— Какому дару? — в изумлении посмотрела она нас.

— Плести судьбы, — осторожно уточнила я, не понимая, она шутит или действительно выпала из реальности и забыла, о чём мы говорили.

— А, точно, Ткач. — Она отмахнулась от меня и продолжила делать намётки. — Нет, я не на твои способности ориентируюсь. Я на то, что у тебя внутри, смотрю.

Либи отошла к столу и взяла один из рулонов — с плотной тканью припылённого розового цвета.

— Вот смотри, это ты внутри.

Она обернула манекен, пару раз щёлкнула пальцами — и вот перед нами красовалось короткое платье без бретелей. Жёсткий корсет надёжно удерживался на груди, а подол украшала бисерно-кружевная конструкция.

— У тебя твёрдый стержень внутри, ты привыкла прятать всё сокровенное. Но снаружи ты всё это прячешь за маревом. — Либи схватила рулон с нежнейшим персиковым тюлем и принялась задрапировывать нижнее платье. — Ты обволакиваешь себя призрачными эмоциями, чтобы никто не узнал, что же на самом деле внутри.

И я, и Руби как заворожённые следили за действиями мастерицы. Было что-то гипнотизирующее в её движениях. Ткань, как послушное животное, ластилось к её руками и укладывалось в сложную драпировку. Какой там «Дом Вирсейк»?! Вот где настоящее искусство.

— Хм-м-м, — протянула Либи, отступив от манекена на пару шагов.

— Либерика, это просто волшебно! — Я взглянула на неё с искренним восторгом. — Самое красивое платье, что я видела!

— Скажешь тоже. Это твоя душа, поэтому и наряд удался. — Она отмахнулась от меня и остановила взгляд на моих перчатках. — Забыла!

Она шагнула к столу, на котором грудой были свалены материалы, и принялась что-то кроить.