— Он тайком огляделся по сторонам и налил себе еще кларета. — Это была просто шутка.

Артемис лениво поднялся из кресла.

— Надеюсь, вы не шутили, говоря, что у вас будут деньги в конце месяца. — Он принужденно улыбнулся. — Я буду разочарован, если вы не сможете оплатить карточный долг, Флад. Очень разочарован.

Флад вздрогнул, потом сердито сдвинул брови.

— Вы получите ваши деньги, — проговорил он слегка заплетающимся языком.

— Рад это слышать. А может, все-таки расскажете мне про вашу инвестицию, которая должна окупиться через две недели? Возможно, это меня тоже заинтересует.

— Простите, — отрезал Флад, — все акции уже проданы. Мне не надо было вообще об этом говорить. Акционеры поклялись хранить тайну. — Теперь он выглядел встревоженным. — Вы ведь никому не расскажете, а?

Артемис медленно улыбнулся.

— Конечно, нет, Флад. Даю слово. Меньше всего мне хотелось бы помешать вашим финансовым делам.

Флад не мигая уставился на Артемиса, словно завороженный его улыбкой… Наконец он моргнул и заметно передернулся.

— Вы правы. В ваших же интересах держать язык за зубами, верно? Если вы мне помешаете, то не получите своих денег.

— Совершенно справедливо.

Артемис пошел к вестибюлю, но дорогу ему преградили три молодых щеголя, одетых по последней моде.

Один из них, шагнув вперед, округлил глаза, разыгрывая удивление, и театрально повел рукой.

— Ба! Друзья мои, кого мы видим? Да это же самый смелый, самый дерзкий, самый отважный человек во всей Англии! Хант!

Двое других подхватили хором:

— Посмотрите и хорошенько запомните его благородный облик, ибо может статься, что мы в последний раз видим его в стенах этого клуба.

— Хант, Хант, Хант!..

— Завтра наш бесстрашный Хант либо будет на тысячу фунтов богаче, либо…

— …либо навеки покинет земную юдоль и отправится в мир иной, погибнув от руки Грешной Вдовы.

— Пожелаем ему удачи! Пусть не упадет и не ослабеет его член, дабы он мог сполна насладиться своей последней ночью на этом свете.

Артемис пошел наперерез трем юным острякам. Они громко хохотали и кланялись, расступаясь.

Задержавшись в дверях, Артемис наполовину повернулся к залу и окинул троицу долгим задумчивым взглядом. В клубе воцарилась напряженная тишина. Он достал из кармана часы, открыл крышку и посмотрел, сколько времени. Все глаза были устремлены на него.

Наконец Артемис захлопнул крышку и небрежно сунул часы в карман.

— К сожалению, сегодня я должен уйти пораньше. У меня есть неотложные дела. Вы все, конечно, меня понимаете.

Трое молодых людей ухмыльнулись. От карточного стола донесся приглушенный смех.