— Ой, а что, из Посольского приказа уже и картинки доставили? А правду говорят, что государь нам хочет самую настоящую одалиску из гарема показать⁈ Ой…

Последнее относилось к грозному взгляду боярыни Захарьиной, от которого Настина попа покрылась мурашками и легонько заныла, «предвкушая» скорое свидание с розгой. К счастью, ответить княжне зеленоокая наставница географии не успела, потому как — все присутствующие услышали смех и веселые голоса обеих сестер Радзивилл, тут же сильно заинтересовавшись причиной их столь явно-хорошего настроения.

Глянувшая первой за каменные перила Марфуша неприятно удивилась, обнаружив, что это именно ее непутевый братец Федька вовсю расточает улыбки и любезничает с двумя змеюгами подколодными — а следом за ней и остальные полюбопытствовали, заодно испортив себе настроение. Общую мысль по итогам «гляделок» негромко выразила все та же бойкая княжна Мстиславская:

— И что только Димитрий Иоаннович в них нашел?..

Качнув головой, увенчаной изумрудным девичьим «венчиком»-диадемой (которую иные подхалимы при дворе называли Малой короной) — сестра Великого князя Литовского нехотя напомнила:

— Государи не всегда вольны выбирать себе жен.

Остаток чаепития прошел чуть ли не в траурном молчании: девушки тихо попрощались и даже не стали докучать напоследок царевне мелкими просьбишками — будучи полностью погружены в тягостные размышления о несправедливости бытия. Хотя той же Еуфимии Старицкой, или Марфушеньке Захарьиной-Юрьевой сетовать было откровенно грешно: место государевой невесты им бы не досталось в любом случае, по причине слишком близкого кровного родства с женихом.

Однако такие мелочи русских и литовских знатных девиц не волновали, а вот столь откровенная радость подлых радзивилих — очень даже!!! Еще и потому, что — как только одна из сестер повенчается с правителем Литвы, вторая тут же станет самой желанной и выгодной невестой и в Великом княжестве, и Русском царстве!.. А как же тогда они? А им хороших женихов⁈ Так и ушла свита, напоминая лицами и настроением небольшую грозовую тучу…

— Мр-мр-мрм-мрям-мр!..

Одна лишь гепардиха осталась равнодушна к девиьим страданиям: разомлев под ласковыми пальчиками хозяйки, кошка тихонечко портила-царапкала когтями подложенный под стол старенький тебризский ковер.

— А что, наставник и в самом деле?..

Фыркнув так, что Пятнышко от неожиданности на миг перестала мурлыкать-тарахтеть и озадаченно дернула хвостом, царственная рюриковна сначала словно бы к чему-то прислушалась, затем достала особой вилочкой из малой шкатулочки кусочек сырого мяса для обрадовавшейся угощению кошки.