Подумаешь, встретил бывшую. Уверена, ни одна мурашка не пробежала по его коже от нашего столкновение. Тогда как меня в жар бросило, с головы до ног.

– Нам надо поговорить, – добавляет Ериханов, когда понимает, что не собираюсь отвечать на его приветствие. Стою молча. На самом деле, больше всего на свете мне хочется сбежать и закрыться в своей комнате, вот только пошевелиться не могу.

Чувствую как Кристиана подходит ближе и берет меня за руку, крепко сжимает ее. Я безумно благодарна за это, потому что ощущение что могу рассыпаться все усиливается.

– Давид, может потом поговорите? – примирительно спрашивает Крис. На нас сейчас твоя спутница налетела, хамка та еще. Испортила настроение.

– Крис, не вмешивайся, – говорит Ериханов холодно.

Вижу, что к нам направляется мама, за ней следует Алекс. Мама летит буквально как фурия, видимо торопится защитить дочь, то бишь меня, от злого монстра. Даже усмехаюсь мысленно. Ситуация становится похожей на какой-то водевиль.

– Лилиана, у тебя все в порядке? – спрашивает с тревогой.

– Да, все хорошо, мам.

Подхожу к ней и наклонившись умоляюще шепчу на ухо:

– Прошу, не надо сцен, я в состоянии разобраться сама…

И тут, как будто мало действующих лиц в этом фарсе к нам подходит Вадим.

– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – спрашивает надменно.

Смотрит на Давида с крайним неудовольствием. Как всегда в нескольких метрах от отчима парочка охранников-амбалов.

– Ничего не происходит, я пойду в свою комнату. Идем, Крис.

– Лилиана, я сказал, что нам надо поговорить, – Давид берет меня за руку. Я в этот момент смотрю на отчима. Почему-то чувствую угрозу, исходящую от него. Вадиму явно такое пренебрежение не по нраву. Он привык что все стелются перед ним, а тут совершенно иное поведение…

– В моем доме не ведут себя так, и ты это знаешь, – Вадим говорит эти слова абсолютно безэмоционально, но невозможно не почувствовать угрозу. Она буквально осязаема, висит в воздухе.

– Пойдем, дочка, пусть мужчины разберутся сами, – торопливо произносит мама.

По моему телу проносятся с бешеной скоростью волны жара, от взгляда который бросает на меня Давид. Чувствую себя добычей, которую ни один хищник не намерен уступать другому. Но я не могу уйти. Страшно за Давида. Понимаю, что этот человек растоптал меня и сейчас продолжает это делать. Обращается как с куклой. Не дает выбора…

И все же не могу оставить его среди врагов. Не позволю ни маме, ни отчиму навредить Давиду.

– Вадим, пожалуйста, скажи своим мальчикам, пусть вышвырнут его отсюда! – выпаливает мама, которая явно крайне зла.

– Ольга, не вмешивайся. Вам с дочерью лучше пойти к гостям.

– Пошли, милая, – покорно выполняет волю мужа. – Лили, так будет лучше…

Ериханов все же совершенно безбашенный.