Тлеющий жар шипит и мгновенно тухнет.

— Ты замёрзла, — резонно замечает Миша. – Поехали, посидим где-нибудь.

— Стой!

Мы смотрим друг другу в глаза. Моя грудь часто вздымается. Боже, как пережить эту встречу, свадьбу и тот период, когда я наконец стану ровно относиться к мужчине, который был у меня первым?

— В тихом спокойном месте, Алиса, — поясняет Басаргин. — Нас никто не увидит, обещаю.

— Катя в курсе, что ты здесь? — спрашиваю его.

— Нет, она не знает.

— Понятно. Тогда может просто прокатимся? — робко интересуюсь.

— Запрыгивай, — кивает на автомобиль. — Я только кофе по дороге возьму.

Басаргин уверенно шагает к водительскому месту и открывает дверь. Дождь напускается сильнее и сильнее. Я берусь за ручку пассажирской двери. Низ живота сводит судорогой от осознания того, что мы будем ехать в одной машине на критически-близком расстоянии.

Я мерзкая, но я хочу Медведя. Сильно, до дрожи. Потому что до сих пор отчётливо помню каждую минуту, что мы провели вместе.

Сажусь в чистый салон и ощущаю как приятное тепло разливается по телу. Ледяные конечности согреваются — я и правда успела замерзнуть.

Басаргин останавливает автомобиль у круглосуточной кофейни.

Спрашивает, чего бы я хотела выпить и выходит на улицу. Смотрю ему в спину, откидываю голову на спинку сидения. Зажмуриваюсь. Ощущения неправильности того, что мы делаем втайне сестры, не покидает меня с самого начала разговора. Я повязла в обмане и лжи. Но обсудить с дальнейшие действия с Медведем мы, наверное, так или иначе были обязаны.

Миша возвращается через десять минут. Вручает горячий шоколад и коробочку с разноцветными пирожными макаронсами. Есть в салоне я не рискну, но всё равно вежливо благодарю.

Делаю глубокий вдох-выдох. И первой начинаю непростой диалог.

— Послушай, если ты волнуешься, что я расскажу о нас Кате — то можешь совершенно не беспокоиться на этот счёт. Я не глупая. И это не в моих интересах.

— Об этом я как раз и хотел поговорить.

— Знаю.

Автомобиль плавно трогает с места. Мы едем по красивому ночному городу и фоном слушаем музыку.

— Если родители узнают при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились — мне крышка. Что может быть хуже, чем то, что младшая дочь переспала с женихом старшей сестры из-за выгоды?

— Согласен, ничего.

Не делай так больше.

— Не обещаю, но подумаю.

Медведь усмехается и набирает скорость.

— Я состою в отношениях с Катериной примерно полгода, — сдержано поясняет он.

Нервно сглатываю, делаю глоток обжигающе-горячего шоколада. Кончик языка покалывает, но боли от ожога я не чувствую.

— Вчера заметил, что вы с сестрой достаточно близки, хотя раньше она почти не рассказывала о тебе.

Напряженно молчу. Басаргин видел, как мы обнимались в ванной комнате. Это было ужасно. Стыдно, грязно.