Хватило сил еще повесить костюм в шкаф, в противном случае обиженный кот превратил бы его в половую тряпку. А там, в заведении, куда привела ее Айлана, такие цены, что Алевтине потом за несколько лет не расплатиться.

Следующий день прошел в обычной больничной суете. Утром Алевтина встретила зав отделением, он сказал, что осмотрел больного Канюкова, тот операцию перенес хорошо, пришел в себя, и он не видит причин, отчего бы не перевезти его в Лазаревскую больницу, к которой он привык.

– Ему там лучший уход обеспечат, и нам спокойнее, – сказал он и добавил по-свойски: – Не люблю я с этими богатыми дела иметь, хлопот не оберешься…

И когда Алевтина улучила минутку и сунулась в реанимацию, она застала на койке Канюкова другого больного.

– А этого увезли, – сказала медсестра, – из Лазаревской свой транспорт прислали.

«Ну и слава богу! Так оно будет спокойнее!» – подумала Алевтина и пошла к себе.

Уже перед концом работы ей позвонили и сказали, что машина за номером таким-то отвезена от Таврического дворца на штрафную стоянку. Дескать, места там были выделены только на время приема, а он вчера еще закончился.

У Алевтины едва хватило выдержки, чтобы не заорать.

Толку-то, все равно придется теперь на стоянку ехать. Но сегодня там небось офис уже закрыт. Она попыталась было позвонить в офис, но там никто не ответил.

И вот, когда она в тяжких раздумьях стояла у выхода, кто-то тронул ее за локоть. Перед ней стоял телохранитель Петра Канюкова.

– Добрый вечер, – сказал он вежливо.

– Добрый… – протянула Алевтина, – ну что, сдали смену? Теперь там в больнице своя охрана?

– Не совсем так, – ответил он, – дело в том, что Петр Степанович хочет вас видеть.

– Ему лучше? – поинтересовалась Алевтина исключительно из профессионального интереса.

– Более-менее… – ответил телохранитель уклончиво, – во всяком случае, он пришел в себя и теперь нужно… теперь он хочет вас поблагодарить за свое спасение.

– Гм… Это срочно? – спросила Алевтина. – Дело в том, что я с работы, считай что со вчерашнего дня и не отдыхала совсем. Его благодарность не может подождать хотя бы до завтра?

– Не может, – твердо ответил телохранитель, и до Алевтины дошло, что речь идет вовсе не о благодарности. И что если бы Канюков хотел ее просто поблагодарить, то прислал бы подарок с тем же телохранителем. Другое дело, что она бы подарок не взяла, но об этом сейчас и думать не стоит.

То есть он хочет выяснить, кто нанял киллера, кто заказчик его неудавшегося убийства. И с этим тянуть нельзя. Но Канюков прежде всего поинтересуется, как она оказалась на приеме. Насчет случайности он не поверит и будет прав. Уж слишком она, Алевтина, отличается от всех дам, которые были на приеме. И дело тут вовсе не в одежде.