Принесем мы вам свидетельство! Мы просто к сегодняшнему дню торопились, поэтому… – заговорил старший из братьев, но адвокат нахмурился и собрался уже сказать, что так не положено…

Но в это время дверь кабинета приоткрылась и заглянула растерянная секретарша.

– Зураб Альбертович, к вам еще один господин просится…

– Но вы же видите, что я занят!

– А он говорит, что по тому же делу!

– Что еще за господин?

– Он говорит, его фамилия Канюков…

– Не может быть! – в один голос воскликнули братья Варнавины.

– Пусть войдет! – отчеканил адвокат, на всякий случай нащупав ногой под столом кнопку вызова охраны.

Дверь открылась, и в кабинет вошел Петр Канюков собственной персоной.

Он был еще немного бледен, но выглядел вполне живым и даже относительно здоровым. Алевтина, перед тем как ему идти, тщательно осмотрела его рану и наложила тугую повязку.

Адвокат снял очки, уставился на вошедшего круглыми бесцветными глазами и проговорил:

– Назовите свое имя, пожалуйста!

– Я Канюков. Петр Степанович Канюков.

– Канюков? – Адвокат заморгал, надел очки, потом снял их, откашлялся и сказал: – У вас имеется удостоверение личности?

– А как же! – Канюков протянул ему паспорт.

Адвокат пролистал его и вернул владельцу.

– Как вы можете это объяснить? – адвокат повернулся к остальным присутствующим.

Варнавины смотрели на Канюкова, удивленно разинув рты.

– Не может быть… – протянул один из них. – Ты же умер…

– Как видите, нет! – насмешливо ответил Канюков. – Слухи о моей смерти преувеличены. Хотя вам, конечно, этого очень хотелось. Вы даже наняли для этого Шахматиста… но он, как видите, не справился с заказом. Провалил его…

– Мы никого не нанимали! – поспешно выпалил старший Варнавин.

– Не нанимали мы никого! – подхватил его брат.

– Нанимали, нанимали! Но меня больше даже интересует не это. Меня интересует, кого вы сюда привели. Что это за тип? – и он указал на сутулого человека.

– Это твой брат… – неуверенно ответил старший Варнавин. – Это Федор…

– Ерунда! – отрезал Канюков. – Он, конечно, похож на Федора, но я-то вижу разницу… у него другие глаза! Другой взгляд! А самое главное… он выглядит так, как Федор выглядел двадцать лет назад. Как будто за эти двадцать лет совсем не постарел.

Канюков нахмурился, в упор уставился на сутулого человека и рявкнул:

Тот поежился под пристальным взглядом Канюкова.

Все шло не по плану.

Большие деньги, на которые он рассчитывал, явно уплывали из-под носа. Больше того, он оказался в скверной ситуации. Он был на грани разоблачения…

Ко всему прочему, у него почти полностью иссякли жизненные силы. Их нужно было срочно пополнить…

А сделать это здесь, в присутствии многих людей, невозможно… решительно невозможно…

Он начал терять контроль над своей сущностью.