И я удивленно посмотрела на Антона. Тот только приподнял уголок рта.

– Что? Это и моя любимая кафешка. Тут самый лучший кофе.

– Давно тут не была.

Нас усадили за угловой столик, и я с головой погрузилась в приятные и такие знакомые ароматы свежесваренного кофе. Это было непередаваемо. Пока я тут не оказалась, даже не осознавала, как мне не хватало этого места. А сейчас словно окунулась в родную атмосферу. Непроизвольно вспомнила то время, когда мне ещё казалось, что Виктор – мой личный рыцарь.

– Эй, – мое лицо подняли, и я уставилась в карие глаза, – ты что приуныла?

– Извини. Я тебя поздравляю с победой. Это было супер.

Выдавила из себя улыбку. Официант как раз принес наш заказ. Я обхватила огромную кружку с горячим шоколадом и ощутила, как тепло от неё проникает в каждую клеточку тела. Скованность в груди постепенно отступала. И я смогла нормально дышать.

Мое имя вызвало дрожь в теле. Он нечасто называл меня по имени. И в те редкие разы внутри у меня происходило что-то странное.

– Просто вспомнила о Викторе. Я видела его.

Лицо Антона потемнело, и он отвернулся к окну. Заметила, как дернулась мышца на щеке.

Голос отдавал холодом.

– Ничего. Я ему сказала, что после того эпизода в квартире нам лучше больше не общаться.

Показалось, или Антона правда облегченно выдохнул?

Постаралась перетянуть его внимание на себя. Он повернулся и вопросительно выгнул бровь.

– Когда он стал таким?

– Не знаю. Бесчувственным. Безразличным. Трусливым.

Каждое слово болью отдавалось в груди. Потому что я верила этому мужчине. Доверила свою судьбу после смерти отца. И сейчас с трудом сдерживала подступающий ком.

Антон горько усмехнулся. Снова попытался отвести взгляд, но в последний момент передумал.

Внутри у меня происходило невидимое сражение. Мне хотелось освободиться от этой одержимости папиным другом. Вдолбить себе в голову, что того образа, который нарисовал мой убитый горем мозг, просто не существовало. Сердце больно сжалось. Я прикусила губу, чтобы прям тут не разреветься.

– Наверное. Эта его сторона открылась мне, после того как он ушел от мамы.

– Как это случилось?

Я слышала короткий пересказ от Виктора. Но теперь не была уверена, что он говорил правду. А я хотела окончательно вытравить его из своей жизни. Потому что где-то в глубине души ещё надеялась, что мы вернем наше общение.

– Ну как? Он начал изменять. Мама узнала об этом. Дала ему выбор: либо он остается с нами, но мы уезжаем в другой город, либо уходит. Он выбрал второй вариант. Хоть потом и не оставлял мать в покое. Мучил её постоянными звонками. Потом у мамы сердце начало шалить. Я и наступил себе на глотку, пришел к нему. А он отказал.

Мой голос напоминал шелест. Обхватила плечи и откинулась на спинку стула.