Нахожу в пакетах, которые купили для меня, льняные нежно-розовые брюки и хлопковый свитшот. Из Обуви только вчерашние туфли. Чуть не плачу при мысли, что придётся вышагивать на них. Каблуки – не моё.

Я даже уже как-то свыклась с браслетом на моей ноге.

В пол часа не укладываюсь, но Майлз и слова не говорит, не торопит и не бросает гневные взгляды. Невольно вспоминаю, как Папа злился, когда Мама очень долго прихорашивалась и всегда опаздывала. Она смеялась над ним и целовала в нос, он таял и прекращал возмущаться. Они так любили друг друга… когда-то… в прошлой жизни…

У самого выхода он бросает взгляд на мои туфли, качает головой и заключает:

- Нужно купить тебе что-нибудь более удобное… - мне кажется или он стал добрее? Нотки в голосе мягче, движения более обходительные.

Не давит и не нависает надо мной. На него так влияет секс? Пресытился и успокоился?

Мы идём сразу к выходу. В холле нас ждёт официант, который вручает Майлзу красивый картонный бокс, в котором кофе и круассаны, при виде которых у меня невольно во рту скапливается слюна.

- У нас не очень много времени. Перекусишь в машине, а позавтракаем уже в центре.

– находу поясняет он. – Да, где эта, чертовая машина?

Он останавливается на середине парковки и грозно глядит по сторонам. От его взгляда становится не по себе. После чего он достаёт телефон и набирает кому-то.

- Подержи… Я..Аня.. – бросает он, вручая мне бокс. – Глеб, кастрирую тебя прямо сейчас, где машина??? Она должна была уже стоять…да на пять «Б». Ты думаешь, я идиот?

Майлз немного отходит от меня, то ли из-за того, что машину высматривает, то ли не хочет, чтобы я слышала, как он обещает убить своего подчиненного. Из его разговора, наполненного отборного мата, я понимаю, что кто-то облажался и не там припарковал машину.

Забавно наблюдать за ним таким, почти обычным. Запах кофе дурманит меня и я не удерживаюсь и делаю глоток. Горькая жидкость приводит мои рецепторы в состояние эйфории, как же вкусно. Даже глаза закатываю от удовольствия. Просто кофе, а столько счастья.

Может прогулка в Берн не будет такой ужасной, как я думала?

Рядом с нами останавливается машина. Желтый Lexus. Рок из машины оглушает. Майлз даже замирает и оборачивается, начинает двигаться обратно ко мне, он всего в десяти шагах.

Дверь машины открывается, на водительском сиденье Али отчаянно кричит мне:

- Энни, быстро в машину!

А мне нужно повторять дважды, я выбрасываю все к черту и пулей несусь к нему, моля, чтобы Майлз не успел меня перехватить. Машина срывается с места еще до того, как я успеваю захлопнуть дверь.

Мне даже страшно оглянуться, посмотреть на Майлза. Страх сковывает меня.

От чего-то, сев в машину, не испытываю облегчения и радости, может быть еще не пришло осознание, что я свободна, может быть боюсь последствий.