— Господин желает выбрать что-то еще? — вежливо спросила девушка, приближаясь. Она нюхом чуяла хорошую прибыль, мужчина в черной одежде смотрел самые дорогие товары, что были в ее лавке.

Аид внимательно осмотрел ее губы. Красноватые, в меру пухлые, нижняя чуть больше верхней. Неплохо.

— Я могу показать образцы савского сукна, если господин пожелает… — неуверенно сказала девушка и оглянулась на дверь. С минуты на минуту должен был вернуться ее муж, лавочник, отпустить ее на обед. Молчаливый покупатель, что осматривал ее губы так же внимательно, как до этого осматривал ткани, пугал ее.

 — Господин?

— Встань на колени, — спокойно сказал мужчина, глядя ей в глаза.

Девушка задохнулась. От испуга, от понимания. Он равнодушно смотрел ей в глаза.

— Господин… Не надо… Прошу вас… Сейчас вернется мой муж!

Он нажал ей на плечи, заставляя опуститься. На глазах девушки блеснули слезы.

— Господин, прошу вас… Я честная женщина… Я люблю мужа… Я буду кричать!

Он опустил руку в карман и вытащил длинную нитку розового жемчуга. У лавочницы расширились глаза от изумления, ведь на такую нитку можно было купить всю их лавку.

Мужчина небрежно обернул нить вокруг ее шеи, потянул за концы, сдавливая горло.

— Открой рот. Шире. А эту безделушку я тебе подарю. На память.

Лавочница смотрела на него с изумлением, страхом, а еще… с жадностью. Она облизала губы, и он усмехнулся, расстегнул штаны. Девушка раскрыла губы. Аид вошел ей в рот и потянул нить, перекрывая воздух. Еще глубже. Еще. До самого горла. До ее слез. Сдавливая ей горло снаружи, заполняя изнутри.

Но странно… ей это понравилось. Чужая власть и собственная беззащитность оказались на удивление… возбуждающими.

Не осознавая, что делает, девушка облизывала и трогала мужскую плоть языком, чувствуя жаркую волну внутри себя. Ее муж никогда не делал с ней ничего подобного, ничего столь… грязного. Гадкого. Низкого. И волнующего. Ее муж всегда был очень деликатен и нежен. А этот незнакомец… просто использовал ее. Она забыла про то, что в любое мгновение может звякнуть колокольчик у двери лавки. Что ее муж может вернуться и увидеть это… Или войдет любой из жителей городка, тот же мясник или соседка, что часто забегала поболтать. Про все забыла. Бессознательно раздвинула ноги, борясь с желанием потрогать себя внизу. Ей хотелось, чтобы этот страшный незнакомец коснулся ее…

Но он не прикасался, лишь глубоко и размерено входил в ее рот и тянул нить жемчуга, равнодушно глядя в ее распахнутые карие глаза. На последнем, самом глубоком погружении он откинул голову, и в горло девушки ударила густая пряная струя. Сильно, мощно, так что лавочница глотала, глотала и облизывалась. Аид в последний раз потянул жемчуг, и нить порвалась, розовые жемчужины покатились по полу.