Я замечаю, что на нём тёмная ветровка и черная футболка с джинсами вместо ставшего для меня привычным делового костюма.

– Ну давай, рассказывай о своих грандиозных планах, – голос Динара звучит чуть насмешливо.

Он садится в кресло напротив, широко расставляет ноги и смотрит на меня в упор.

– О каких? – включаю дурочку и оттягиваю момент своей казни, прекрасно понимая, зачем он пожаловал и о чём сейчас пойдёт речь.

– Ты что-то говорила утром о том, что собираешься съезжаться с Ракитиным. Так?

Сейчас снова будет вправлять мне мозги. Это жуть как раздражает.

Решение приходит моментально. Даже не решение, а реакция на его тон.

– Я уже не девочка, – твёрдо произношу, пристально глядя ему в глаза. – Во всех смыслах этого слова, чтобы спрашивать твоего разрешения, сойтись с парнем или повременить с этим вопросом. Это ведь, в принципе, нормально, когда люди решают жить друг с другом? Кто-то домой ночевать не приходит по этой же причине. Так вот, мне совесть не позволит привести Илью к тебе домой.

– Пока Макс не выйдет из тюрьмы, я против того, чтобы вы съезжались с Ракитиным. Категорически против.

Нам обоим прекрасно известно, что и он будет против этого.

Глядя на него исподлобья, я осознаю, что он всё же берёт надо мной верх всего одной точно брошенной фразой. На то и был расчёт? Знает, что с Максом договориться у меня не получится. Иногда они очень похожи. Одинаково помешаны на том, чтобы у них всё было под контролем.

– Ты специально, да? Начал давить на меня через Максима? Знаешь же, как я его люблю и не стану делать вещи, которые он осудит.

– Знаю, – перебивает Динар. – А ещё ты его боишься и всегда прислушиваешься к его словам.

В отличие от моих. Думаю, мы с ним сойдёмся во мнении, что Ракитин так себе кандидатура на роль твоего жениха. Напомнить тебе, кто такой Ворошилов? Отец Ильи примерно такой же ублюдок, помешанный на деньгах и власти. Если не хуже. Не создавай никому проблем, Наташа. К тому же такие вопросы, как с Максимом и его освобождением, по щелчку пальцев не решаются. Не все любят впрягаться в чужие проблемы. Загвоздка в том, что вы для меня не чужие и я всегда буду на вашей стороне. Когда Максим узнает про Лазарева… – нехорошо усмехается он.  – Уже, наверное, прикинула, что он захочет сделать? Тот охранник просто тебя оттолкнул, а здесь…

– Нет. Прошу… Не нужно ему ничего говорить…

– Я и не собирался, Наташа, но ты сама запускаешь эту цепочку. Это лишь варианты развития событий. Я твой вопрос фактически решил. Дело замял. Лазареву обеспечил пребывание в больнице ещё как минимум на три месяца. К тебе из его своры больше на полшага никто не приблизится. Макс ни о чём не узнает. Это останется между нами.