Достав из кармана телефон и настроив его камеру на видеосъемку, Гуров бесшумно шагнул в комнату и, поставив телефон на придверную тумбочку, негромко спросил:

Ойкнув, горничная резко обернулась в его сторону, как видно, не зная, что сказать. Но, скорее всего, сообразив, что этого гражданина «на сопли и мякину» не разведешь, словно камикадзе, идущий на смертельный таран, она решительно сбросила с плеч свой рабочий халат фирменных расцветок, вслед за которым на пол полетели блузка, бюстгальтер… Нахально нацелив в сторону постояльца грудь, горничная шагнула к нему, медленно спуская с бедер юбку и трусики.

Однако, к ее досаде, на этот спонтанный экспромт-стриптиз тот никак не отреагировал. Поморщившись, Лев отрицательно качнул головой и насмешливо посоветовал:

— Срам свой прикрой! Чего разнагишалась? Я — не Доминик Стросс-Кан, а ты не негритянка Диалло… Закругляйся с этим представлением!

На мгновение растерянно остановившись, горничная неожиданно завопила, царапая себя ногтями:

— Помогите! Насилуют!! А-а-а!!!

Не ожидавший такого демарша Лев громко рассмеялся, качая головой из стороны в сторону — настолько глупо и нелепо выглядела эта странная девица. Осекшись на полуслове, та вопросительно воззрилась на Гурова.

— Чего орешь, дуреха? — укоризненно спросил Лев и, взяв с тумбочки телефон, показал его горничной. — Все снято на видео. Показать? Теперь не ты, а я имею право подать на тебя в суд за такую провокационную выходку. А учитывая, что ты пыталась подкупить собой офицера полиции, находящегося при исполнении, отмотают тебе срок — мама не горюй!

Деморализованная происходящим, горничная некоторое время стояла столбом, растерянно хлопая глазами. Затем она дрогнула и, прикрываясь руками, торопливо заговорила уже совсем другим, умоляющим тоном:

— Господи! Вот так влипла… Слушай, а давай разрулим это без скандала? Нет, если и вправду хочешь — возьми меня, и проблему на этом закроем. А? Ну, чего ты? Неужели я такая страшная? Очень прошу — не надо в суд! Я не хочу в тюрьму! — на ее ресницах блеснули слезы.

— Прекрати! — строгим тоном остановил девушку Гуров. — Сначала оденься, а потом поговорим.

Когда горничная привела себя в порядок и, повинуясь жесту Льва, села на стул, он, тоже опустившись на свободный стул у стола, спросил:

— Кто и для чего поручил тебе рыться в моих бумагах? Врать не советую — «липу» почувствую в момент. Ответишь честно — снятое камерой тут же сотру. Слушаю!

Закивав в ответ, «стриптизерша» сообщила, что поручение ей дал портье Никита, который пригрозил, что невыполнение чревато немедленным увольнением. Он же проинструктировал и как себя вести, если ее вдруг застигнут врасплох.