Выбравшийся из машины танкист разыскал Птицына и представился:

— Командир танковой бригады Катуков. Надо согласовать действия…

— Но у нас другие задачи, сами понимаете.

— Сейчас у всех одна задача — Москва! — оборвал старший по званию и должности Катуков.

— Могу предоставить — и то временно! — один батальон.

— И на том спасибо. Ведь бригада моя укомплектована машинами лишь наполовину. А поддерживающая кавдивизия насчитывает всего около четырехсот сабель, стрелковый полк и того меньше. Вот и выдвигайте свой батальон в район «трех сестер» — так называют мои танкисты деревни Воин-1, Воин-2 и Воин-3. Ну и еще одна просьба, только об этом мне лучше с вашим разведчиком потолковать…

— Вот что, товарищ майор. Мы ничего не знаем, что делается за этими тремя Воинами. Надо послать толковых людей. Мы должны точно знать, с чем завтра встретимся.

На оборону у «трех сестер» Птицын назначил батальон Бахтиарова. Разведку в тыл вражеских позиций возглавил Байда. После ухода Катукова Птицын предупредил командиров батальона:

— Сражаться будем рядом с гвардейцами. Не подкачайте, товарищи, помните, что вы чекисты!

Пограничники с нетерпением ждали рассвета, окапываясь вдоль шоссе против трех Воинов. Гвардейское звание было введено недавно, и всем хотелось посмотреть на тех, кто первым удостоился такого почета.

Само слово «гвардия» связывалось в их сознании с событиями первых дней Великого Октября.

Но вот уже совсем посветлело. Впереди за «ничейной землей» можно рассмотреть позиции противника, прикрытые редколесьем. Там вдруг засверкали огненные вспышки, и загрохотало по всему фронту. Однако ни справа, ни слева — никаких следов огневых средств. Только разбросанные по полю копны сена, кучи неубранной соломы.

Изредка торчат одинокие деревья.

— Где же гвардейцы-танкисты? — послышались в окопах пограничников тревожные выкрики.

А из леска впереди уже двинулись вражеские танки, стреляя на ходу. Окопы мелкие, не успели отрыть — куда спрячешься от шквального огня? За танками уже можно различить вражеских автоматчиков, начали бить ручные пулеметы. В воздух тучами поднимаются комья земли, валятся деревья. Грохот десятков машин нарастал, уже не слышно оружейного огня. Дрогнуло сердце даже у тех, кто от границы шел с боями. Такого скопления военной техники, такой плотности огня они еще не видели…

За спиной послышались сначала редкие орудийные залпы прибывшего на рассвете артдивизиона полка, но они терялись в общем грохоте. Казалось, ничто не в состоянии остановить этот огненный вал.

Пограничники уже приготовили связки гранат для отражения танковой атаки.