Подтянув минометы, фашисты открыли огонь по восточной окраине села, где расположился командный пункт армии. Генерал Макаров в это время находится в северной группе, на запорожской дороге. Создалась угроза прорыва туда противника.

Только теперь Батаев до конца понял опасения командующего. Надо любыми средствами ликвидировать прорыв. Собрав все резервы — штабные подразделения, запасный полк и батальон Бахтиарова, — он повел их в контратаку. Плохо обученные, еще не обстрелянные запасники натолкнулись на огонь укрывшихся в садах гитлеровцев, попятились. Еще минута — и они побегут…

И тогда Батаев услышал знакомый голос:

— Пограничники! Вперед! Ура-а-а…

Слева через колхозную пасеку прорвалась в сад тридцатая застава. Обгоняя Байду и Бахтиарова, поднявших свои батальон на рискованный бросок под огнем противника, бегут Иванов и Нурмухаметов, Селиверстов и Хромцов. За ними, растекаясь между деревьями, втягивается весь батальон. Передние падают, словно подкошенные. Убиты? Ранены? Нет, они научились воевать: короткая очередь из автомата — и снова стремительный бросок.

«Какие молодцы!» — шепчет Батаев, видя, как за пограничниками, подхваченные их порывом, вскакивают и бегут вперед запасники.

Гитлеровцы дрогнули. Кто-то заметил зеленые фуражки и крикнул:

Они уже встречались с солдатами в зеленых фуражках. Но не бегут вражеские автоматчики: за спиной чистое поле. Прячась за поваленные деревья, упорно сопротивляются.

Все смешалось в саду — свист пуль, разрывы мин, озлобленное жужжание пчел из разбитых ульев, стоны раненых… И что больше всего поразило Батаева — пение птиц. Будто здесь ничего особенного не происходит. Он не замечал, что сам бежит вместе с бойцами, останавливается и стреляет из подобранной на ходу винтовки… Вокруг, как и вначале, многие падают, но не все подымаются. Не думал о том, что и с ним может такое случиться. Лишь на мгновение мелькнула эта мысль в голове. Отмахнулся от нее, пытаясь поймать на мушку укрывшегося за яблоней автоматчика, но рука почему-то не слушается, мушка описывает круги и никак не хочет остановиться на зеленой каске. Подбежал Бахтиаров.

— Товарищ полковой комиссар! Вы ранены…

— Чепуха, просто рука онемела…

— Вы ранены! — кричит Асхат. — Кровь на рукаве, — и потянул Батаева за дерево.

— В самом деле кровь… — Батаев смотрит на потемневший рукав гимнастерки. — Царапина, видно…

— Отведите полкового комиссара на пункт! — крикнул на ходу Варваре Сокол Асхат, но Батаев уговорил Варвару сделать перевязку и, доставая пистолет, — винтовка теперь бесполезна — побежал за комбатом.

Бой медленно отодвигался к южной окраине сада. Уже в просветах между деревьями виднелось изрытое снарядами поле.