Или это просто возраст?

Я могу придумать историю для каждого из них. Чем чаще я их вижу, тем ярче разыгрывается мое воображение. Не исключено, что, выйдя отсюда, я стану писателем. Но уж точно не хип-хоппером. Я могу придумать историю для каждого, только не для себя…

Во двор въезжает «девятка». Из нее выходит парень лет двадцати трех и бежит ко входу. Водитель вылезает следом за ним и закуривает. Дверь машины открыта, поэтому музыка слышна очень хорошо:

Это «Pulp» — «This is Hardcore». Я очень люблю «Pulp», знаю их репертуар практически наизусть. Мне нравится эта английская депрессуха. Точнее, сейчас нравится, а когда-то я любил другие песни, поживее. Например, «Disco 2000», или «Common People». Это было давно. В детстве. Да уж, иначе как хард-кором последние события моей жизни и не назовешь. Мрачное и злое hardcore movie. Не в смысле порнухи, а в смысле сюжета. Хотел бы я, чтобы было наоборот. Главное — не нырнуть в паранойю, выйдя отсюда. А что? После рассказа Ольги можно всю оставшуюся жизнь полагать, что все происходящее с тобой — чей-то сценарий. Хотя, если вдуматься, ничего просто так не происходит. Провидение…

«I've seen all the pictures, I've studied them forever», вторит мне Jam's Cocker. Типа, выучил ли я наизусть то, что произошло. Сделал ли выводы? Хм…

Первые дни после встречи с Ольгой я снова и снова прокручивал в голове всю эту историю. Сначала я поражался тому, как детально продуман ее план, потом тому, как достоверно сыграли Рита с Леной. Заядлый киноман скажет, что сценарий слабоват. Реально, не могут три телки, пусть даже самые хитрые, так банально разводить одного не самого глупого парня. Оказалось, еще как могут! Такого самовлюбленного идиота, как главный герой, чувака, не видящего дальше собственного носа, может сыграть только очень талантливый актер. Я. Если б такую историю мне рассказал еще месяц назад приятель, я бы ответил стандартно: «Как-то сложно все». А в действительности все оказалось просто. Проще не бывает. И этот поразительный вывод я сделал вчера, покуривая у открытого окна.

Я понял, почему все участвовавшие в постановке девушки со всеми их примитивными мечтами о карьерном росте/собственном клубе/семье/переезде в Америку, пьяными разговорами о романтике, циничными оценками подруг, их мужей и знакомых, со всей своей сжигающей ревностью и деструктивной любовью выглядели в этой истории так естественно. Они продолжали делать то, чем занимались и до меня, — играли в любовь. С появлением Ольги все стало даже проще. Им подсказывали нужные реплики, поступки и эмоции. Все, что от них требовалось, — продолжать жить своей жизнью, совершая в нужный момент определенные поступки. Им стало гораздо легче, потому что кто-то третий взял на себя контроль над ситуацией в отношениях мужчины и женщины.