Вначале все левые носки, потом все правые. И сушит всегда на отдельных веревках.

– И как ты в результате все разрулил?

Ванька улыбнулся. Той мягкой, доброй, но не без лукавинки улыбкой, которую Танька так любила. Порой даже пыталась нарисовать, но улыбка ускользала.

– Я самовар в конюшне спрятал. Привязал к нему сена и рядом воду поставил. Теперь, чтобы чистить самовар, он хочешь не хочешь – а жеребенка накормит. Теперь Тантик не останется голодным.

– ТАНТИК? – Ягун, сунувшийся в эту минуту здороваться с Ванькой, даже поперхнулся. – Твоего жеребенка действительно зовут Тантик, или это искажение твоих звуковых волн моими залежами серы?

– Ну Тантик. И что такого? – спросила Таня сердито.

– Да ничего. Тангро, Тантик – богатейшая фантазия. Когда Валялкин заведет кошку, он наверняка назовет ее Таха! Собака, понятное дело, будет Тата или Тапочка. Хотел бы я дожить до того времени, когда у вас появятся дети! Все девочки будут Таньки, а все мальчики… хм… тут уже затык… ну положим, Танявии, Танюшники или, на худой конец, Титы! – влез Ягун.

– Не все! Одного мальчика мы назовем Ягуном. Запретим ему болтать, станем пороть крапивой и не будем подпускать к пылесосам, – пообещал Ванька.

– Звери вы. Палачи, – убежденно произнес Ягун.

Таня даже не улыбнулась. Она смотрела на Тангро, который жизнерадостно носился по Залу Двух Стихий. Жар-птицы, не слишком любившие драконов, нервничали, взлетали и, теряя перья, взрывались брызгами света. Дракон гнался за ними, настигал, но не хватал, а сворачивал в сторону, давая жар-птицам удрать. Это было прекрасно. Беззвучный и бесконечный салют в полутемном зале с небесным сводом.

Таня смотрела на Тангро, и до нее медленно доходило, что у Серого Камня Тангро рядом с Ванькой не было.

Даже самая умная девушка умна только пару дней в неделю. В остальное время с ней вполне можно иметь дело.

В двенадцатом часу Сарданапал с Поклепом ушли, а вскоре появились Зуби с Медузией. Ехидная Гробыня шепнула: «Глаза б мои не глядели! Прям младшая школа лопухоидного мира! Мальчики ходят парами с мальчиками, а девочки с девочками!»

– Не утихну, пока не узнаю, кого они там караулят в темнице!

– Иди спроси! – предложила трезвомыслящая Лоткова.

– Я еще не совсем мяу-мяу. Я и так выясню, – заявила Гробыня.

– Как? – спросила Таня.

– Потерпи, Гроттерша! Завтра вечером мы прокрутим один маленький и безопасный ритуальчик. А пока развлекайся! – загадочно пообещала Склепова. Выражение ее лица, когда она упоминала о «маленьком и безопасном ритуальчике», Тане совсем не понравилось.

С появлением Зуби и Медузии припозднившиеся младшекурсники, которые уже при Поклепе ощущали себя не особо уютно, испарились с поспешностью Золушек, которым мудрая фея не советовала дожидаться полуночи.