А внутри бабочки летают.

Прыснув ещё раз каким-то средством, Мира встаёт, обходит диван и хватается за бинты. Перевязывает плечо, затягивая.

Непривычно. Но так тепло.

Скоро это закончится.

– Артур… – ласковый и нежный голос разрушает изнутри. Чёрт, у неё даже он красивый… В ней есть хоть один изъян? Тот самый, который меня оттолкнёт. – На самом деле… Я пришла поговорить.

Могу только догадываться. О Славе. Та считает меня отцом благодаря младшей сестре Миры. Трудно посчитать как-то иначе.

Всё вышло слишком удачно, что мы и сами не поняли, как это произошло.

Маленькая, но такая меткая.

И именно о ней Мирослава желает поговорить.

– Давай, заноза, поторопись, – подгоняю её. Уже знаю. У девочки есть надежда на отца. А его – нет. И нужно это решить.

– Я… – замолкает. Затягивает бинт сильнее. – Пришла попросить тебя об одной просьбе.

Поскорее бы. Её касания меня сейчас убьют.

– Тогда ты предложил мне стать мамой Славы. И… Я тут подумала… Если ты ещё хочешь…

Распахиваю глаза, не догоняя о чём она.

Поворачиваю голову и смотрю на неё через больное плечо. Пальцы её трясутся, а она полностью сосредоточена на бинте, который завязывает в узелок.

Переводит пронзительный взгляд зелёных глаз на меня.

– Не хочешь… Попробовать побыть её папой?

Долго думала, прежде чем сказать эти слова вслух.

Очень долго. Бессонная ночь с дочерью дала мне хорошую пищу для размышлений. Ради него мы не спали, а наутро, как только лучи солнца ударили по уставшим глазам – помчались к Артуру в больницу.

Точнее, это сделала Слава…

Не могу отрицать очевидного.

И Беркутов тогда прав был. Ей семья нужна. Отец нужен.

Я-то счастлива и так. А она?

Да и Артур… Вижу же, как смотрит на неё.

Как бы ни хотела новых отношений, но… Что я теряю? Ничего! Мы изменились за три года. Сильно. И я уже не та маленькая девочка.

Ошибок больше не совершу.

Понимаю, как мои слова звучат.

– Я хочу семью, – выдыхаю опять. Тёмно-карие глаза затягивают в свой капкан и расслабляют. – И предлагаю тебе… стать папой Славе. Не знаю, как это будет выглядеть…

Если он уйдёт, малышка будет страдать.

Но если перестанем ходить к Артуру, она расстроится ещё сильнее. Уже привязалась к нему.

А так я подарю ей счастье. Всё, что она захочет.

– Но, может, нам попробовать, – неловко отвожу взгляд. – Ты сам это предлагал. Если ты не против, конечно…

– Удивительно, – выпаливает, – слышать от тебя такое.

– Отстань, – отворачиваюсь. Я ему тут душу изливаю, а он… – Всё. Перевязала. Если ты не согласен, я пошла.

Подпрыгиваю с дивана и мчусь на выход.

Я так долго думала и собиралась, а он…

Сильные пальцы хватают за запястье. Артур дёргает меня на себя, из-за чего приземляюсь на что-то твёрдое. Не диван. А его… Матерь божья.