– А ты же мой папа, да? – Слава почему-то напрягается, пытается залезть на кровать. А, нет. Всего лишь повисает на ней, болтая ножками в воздухе.

– Не упади. Иначе твоя мать сотрёт меня в порошок.

Удочерила её… Пока я без сознания лежал.

Быстрая. Шустрая. И умная. А ещё явно не остановится ради своих целей.

Нет, она молодец. Я горжусь ей. Что просто так не сдалась.

– Мила сказала, что да.

Я тебя и до этого любил, когда ты ещё двенадцатилетняя сопля была, а сейчас… Ещё больше. И всё равно, что ты трудный подросток, играющий в нашу игру без меня.

– У нас некоторый разлад в отношениях.

– Вы поссорились? – вмиг становится серьезной. – Сильно?

Мы не ссорились. Но эта стерва постоянно отталкивает меня.

Слава неожиданно протягивает мне пальчик.

Боже, какой он маленький.

– А если на мизинчиках помириться? Не поможет?

От детской наивности хочется засмеяться.

– Нет, к сожалению, – поднимаю больную руку. Чуть морщусь, но опускаю ладонь на светлую макушку. У неё даже голова маленькая. Чёрт. Мелкая, хрупкая. Боишься больно сделать. – Но это вопрос времени.

Она застывает, смотрит на мою руку. И в голубых глазах тут же образуются слёзы.

Я что-то сделал не так?

Быстро отдёргиваю ладонь.

Нет. Явно что-то сделал не так.

Девчонка машет головой. И снова улыбка на лице. Будто это не она только несколько секунд назад чуть не расплакалась от моего действия. Пожалуй, пока не буду её трогать.

– Нет, – поджимает губки. Взгляд отводит. – Если мамочка придёт, она заберёт меня, раз злится на тебя. А я тут остаться хочу.

– Почему? – слетает с губ единственный мучающий меня вопрос. Она ведь толком не знает меня. Что уже говорить… Мы виделись всего два раза. И для неё я был обычным дяденькой, который покупал ей подарки. Меценат, благотворитель. Но не отец.

Почему же она так хорошо относится ко мне?

– Мама рассказывала, что ты хороший, – опять ножками болтает.

– Правда? – выгибаю бровь. Улыбка хочет порвать лицо, но я не поддаюсь этому мимолётному чувству радости. Вряд ли Мира говорила бы обо мне что-то хорошее малышке, которую я у неё чуть не отобрал. Да и зачем? О чём?

– Да, – кивает. – Когда Мила показала тебя в телефоне, сказала, что ты мой будущий папа. А когда я расспрашивала у мамы, какой ты… Она говорила, что ты добрый. И хороший. И…

Вздыхает, будто любуясь.

– Понятно, – усмехаясь, отвожу взгляд. Она дурила ребёнку голову. И при этом осуждала меня?

– Я сама вижу, что ты хороший. Ты уже приехал из командировки?

Говорила ей, что её папа в командировке?

Плохая девочка Мира. Никогда такой не была. Надо перевоспитывать.

– И дома ночевать будешь теперь? – голову набок наклоняет.

Какие каверзные вопросы она задаёт.

Хотя совсем обычные для ребёнка, который хочет семью. Именно её.

– Мы ведь поссорились, – напоминаю ей.