Так что десять тысяч баксов в его понимании воспринимались почти как карманные деньги.

Он уверенно сунул руку в карман и вытащил пачку долларов. От глаз Латышева не укрылась небольшая заминка, когда он принялся отсчитывать деньги. С нажитым добром Хвост всегда расставался очень нелегко.

— Держи, здесь десять тысяч долларов, — улыбнулся Миша. — Может, пересчитаешь?

Майор уверенно взял деньги и сунул их в карман. Его настроение значительно улучшилось.

— А нужно ли? Мы ведь с тобой партнеры.

Все прошло даже лучше, чем предполагал Латышев. Оружие было разгружено без проблем. Довольными остались все, но больше всех радовался молоденький старший лейтенант, который, сбросив с плеч груз ответственности, укатил восвояси. Правда, Миша Хвост позже обмолвился, что парень так и не доехал до пункта назначения, напившись, он, бедный, выпал из тамбура во время движения поезда. И Миша холодным взглядом смерил майора.

Даже это сообщение не испортило Латышеву настроения. Он уже наполовину был в новой жизни и до болей в голове напрягал извилины, как бы удачнее потратить заработанные капиталы.

Договорились встретиться в девять часов вечера в Измайловском лесопарке. Более раннее время Миша Хвост отклонил сразу как неудачное. Латышеву оставалось только бодро согласиться и надеяться, что спать сегодня он ляжет обеспеченным человеком.

Латышев нервно посмотрел на часы — было пять минут одиннадцатого.

Вечерело. Кроны деревьев потяжелели и густыми тенями легли на траву.

Помаявшись, Латышев сел на скамью. Парк был безлюден, только из зарослей, вдали от тропинок, изредка раздавался девичий смех — это уединялась молодежь.

Вдруг на аллею на тихой скорости вырулила карета «Скорой помощи».

Остановилась она как раз напротив скамейки Латышева. Дверь распахнулась, и к нему вышел молодой парень в длинном белом халате и огромных очках.

— Вы не подскажете, вот там не тот мужчина с сердечным приступом? — взволнованным голосом спросил он.

Врач на «Скорой помощи» был молод. Скорее всего старшекурсник мединститута, решивший подзаработать. Крупная мускулистая фигура выдавала в нем бывшего спортсмена. Латышев повернулся в ту сторону, куда показал врач, и тут же почувствовал, как что-то холодное проникло под самые ребра, причинив ему невероятную боль.

Он хотел вскрикнуть, но с ужасом обнаружил, что у него пропал голос и сил хватает лишь на то, чтобы открыть рот.

— Гражданин, что же с вами? — участливо спросил «доктор» и, подхватив его под руку, повел к машине.

Из салона выскочил санитар — такой же молодой и плотный. Он бережно ухватил Латышева за талию. Майор сделал всего лишь три коротеньких шага и отчетливо осознал, что большего ему не суждено.