Не успела… Раздавшийся вопль сделал бы честь тысяче котов, но это была всего лишь Гирени. Одна! Раскинув руки и смешно подпрыгивая, «сестра казара» мчалась вперед, явно намереваясь обнять попятившегося полумориска.

Обнимать коня Карло не дал. Спрыгнув наземь, маршал успел ухватить разогнавшееся создание и торопливо поцеловал.

– Ты приехатый! – выпалила сияющая кагетка, – приехатый!

Хлопать в ладоши и прыгать у нее не получалось – Карло держал крепко – но подобного счастья маршал не видел еще ни на чьей физиономии. Собственно говоря, он вообще такого не видел.

– Я привез подарки, – умиленно пробормотал он. – Много подарков!

– Нам с патомком? – восхитилась Гирени и все же слегка подпрыгнула. – То, что ты даришь мнэ, идет патомку. Пэрвому… Надо много! Я молодая, я успэваю.

– Цыц! – радость никуда не делась, но он был в гостях, и на них пялились. – Мы еще… поговорим! Агас, где брат Пьетро?

Смиренный брат оказался тут как тут, и Капрас, не выпуская девчонку, развернул ее лицом к Пьетро.

– Гирени, это врач. Он должен тебя осмотреть.

– Я должен знать, как у тебя с деткой.

– Нэ хачу! Нэ хачу, чтоб сматрэл чужой.

– А я хочу! – рыкнул маршал, косясь на турагисовских гвардейцев и внезапно заинтересовавшегося горбатыми облаками Агаса. – Подарков не получишь, пока не узнаю, что ты здорова… А будешь упираться – отправлю в Кагету.

– Нэт! Я с табой на вэка.

– Тогда бегом с братом Пьетро и во всем его слушайся.

– Брысь! – шикнул маршал, выпуская тонюсенькие запястья и торопливо отворачиваясь. Сзади неуверенно хлюпнуло носом, и тут из-за ближайшей решетки вывалился, на ходу раскрывая объятия, Турагис – как и положено стратегу, он дожидался нужного момента.

– Отлично, – гаркнул хозяин, грабастая гостя. – И что с лекарем – молодчина! При мне только коновал да капрал, что повязки делать насобачился. Себя-то я ему доверю, но мне не рожать.

Судя по достойному косячного жеребца ржанью, это была шутка, и Карло постарался рассмеяться, хотя внезапно стало страшно. Родами умирают не так уж и редко, и ничего с этим сделать нельзя.

– Только, – Турагис понизил голос, – держать монахов не дело! Они суслики подневольные, а кардинал, чтоб его шады в свой мешок сунули, променял Создателя на паршивца Ореста.

– Пьетро потому в Паону и не поехал, – начал Капрас и понял, что о таком лучше не болтать. Не из-за спевшегося с отцом Ипполитом послушника, из-за свято верующего в императорскую избранность легата, которому кто-нибудь непременно донесет.

– Ого! – не преминул вцепиться в скользкий хвост Турагис. – Молодец парень! Правильно ты его подобрал, путный клирик, как за дело возьмемся, нам пригодится.