Я вышла из ванной комнаты, закутавшись в махровое полотенце, влажные волосы сушить феном не стала, решила дать им возможность высохнуть самим. Я совершенно не ожидала, что в мою комнату кто-то войдёт, потому что я точно помнила, что закрывала ее на ключ перед тем как отправляться в ванну! Но в кресле, что стояло в углу комнаты вальяжно расположился Багров.

Я опешила от его внезапного появления, замерла на месте и смотрела на него несколько секунд, ощущая как под его пристальным взглядом покрываюсь мурашками. В сумраке его красивые янтарные глаза блестели как у хищника, готовящегося к прыжку.

— Как тебе твоё новое жилье? — с непроницаемой маской на лице спросил он. Артур сидел в расслабленной позе, но глаза его смотрели внимательно.

— Спасибо. Но я предпочла бы остаться в родных стенах, — гордо вскинула подбородок, выдерживая его взгляд.

Лучше худой мир, чем добрая ссора, вспомнила я избитые слова. Правда этот самый худой мир могло нарушить любое неосторожно произнесенное слово и даже взгляд. Ах да, и договор, на котором я поставила свои подписи…

— Это исключено, — уверенно заявил мужчина.

Его взгляд задержался на моих голых плечах, и я судорожно втянула в себя воздух, напоминая себе, что передо мной сидел не прежний Артур, а совершенно незнакомый и чужой для меня человек.

— Напрасно смущаешься и строишь из себя скромницу. Я уже сказал, что и пальцем к тебе не прикоснусь. В единственном случае. Если ты сама меня об этом не попросишь, — на его лице не дрогнул ни один мускул и я тоже поторопились взять себя в руки, чтобы не быть блеющей овцой. Достаточно того, что я уже подписала бумаги.

На этом моя миссия по покорности была исчерпана.

— После договора, что ты оставил сегодня в моем кабинете это исключено, — я подошла к столу и взяла в руки черную папку. — Ничего кроме отвращения к тебе испытывать не получится, — повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Это хорошо, что ты его прочитала. Надеюсь, вопросов не возникло? — мужчина явно чувствовал свое превосходство и упивался своей победой. И мне так захотелось поправить эти лавры победителя на его голове!

— Нет, лишь подтверждение того, в какое чудовище ты превратился, — я что было сил швырнула кожаную папку в его грудь.

 — Мне по-прежнему плевать на твои условия. У меня болен сын! А ты занимаешься глупостями и пытаешься налепить пластырь на свои синяки, когда на мои кровоточащие раны впору накладывать швы… Думаешь, что все покупается и продается? Думаешь, что имеешь надо мной власть? Какими бы страшными не были мои прегрешения в прошлом, ты не имеешь права в данной ситуации диктовать свои условия. Я ощущаю себя такой же преданной, как и ты.